Появилась возможность комбинировать техники. До приезда в лагерь я успел попробовать только «небесный взор», одновременно с которым отдавал приказы «громовым голосом». Для экспериментов с другими техниками требовались более спокойные условия.

Что же касается всех этих «хитростей» и «восстановлений»… с ними пока ясности не было. Ясно, что пассивки, но что именно они поднимают или опускают — неизвестно. Нужно будет изучать. Как сказал бывший наставник, нужно правильно задавать вопросы, чтобы получать ответы. Ну, будем искать нужные формулировки, что тут еще сказать?

По приезде меня ждал шатер, забитый соратниками, пьющими чай и явно ждущими своего командира. Стоило мне войти, как они все повскакивали на ноги и принялись кланяться. Видать, как-то узнали, что у меня все получилось.

Забавные ребята все-таки эти китайцы! Где русские бы начали обниматься, глупо шутить и тыкать в плечо, местные обязательно согнутся в поясе, а кто-нибудь самый мудрый толкнет пафосную речь.

Так и произошло.

Матушка И, как самая пожилая леди, недолго находилась в поклоне. Выпрямившись, она поглядела куда-то мне за плечо и сообщила, что теперь я действительно Белый Тигр Юга. Не только по названию, но и по сути. Я обернулся и обнаружил, что мой тотемный котик уже проявился.

— А, ну да. Знакомьтесь, друзья. Новый член нашей большой и дружной семьи. Зовут Ва Ся, что на одном древнем и забытом языке обозначает «царь». Красавец, верно?

— Это же он? — Пират ткнул Быка в плечо, указывая на тигра. — Тот зверь, который…

— Да, братец Нин, это точно он! — подтвердил здоровяк. И тут же отвесил еще один поклон. — Ты воистину стал Великим Мастером, старший брат!

Да-да! Наша крошка стала совсем большой. И спасла Китай. Ну, со вторым утверждением еще не все так благостно, но мы же на пути к этому. Однако нужно было прояснить еще один момент, чтобы в будущем к этому не возвращаться. Тайное становится явным рано или поздно, лучше пусть оно выйдет на свет на моих условиях. Будем считать это еще одним уроком моего уже бывшего учителя.

— Садитесь, хочу вам еще кое-что рассказать. За стены этого шатра мои слова выйти не должны.

И вывалил на них упрощенную версию борьбы добра со злом, то есть моей покровительницы Гуаньинь и ее противника, короля ада Янь-вана. После чего перешел уже на себя любимого, точнее, на свою не вполне местную природу. Тоже адаптируя информацию под местные реалии.

— Я перерожденный. Не тот Вэнь Тай, который начал борьбу за объединение Китая. Тот погиб, вы сами знаете когда. Но для Гуаньинь важен наш мир, важна Поднебесная и крайне важна традиция воспитания одаренных, которые позволяют людям развиваться и возвышаться над своей природой. И поэтому она спасла Стратега Вэня. Но его дух уже ушел на перерождение, поэтому в его теле оказался я.

Забавно, но похоже, что мои откровения тут никого не удивили. Бешеная Цань слушала, склонив голову и тонко, с пониманием улыбалась, Гань Нин с Лю Юем переглядывались, безмолвно споря о том, кто из них раньше догадался. Матушка И просто смотрела на меня как добрая бабушка, которая гордится признанием внука в том, что варенье разлил он, а не «тот соседский мальчишка».

Мытарь кланялся, Прапор смотрел прямо и твердо, как бы говоря, что настолько важной информацию он не считает, и для него ничего не изменилось. Оруженосец Ван Дин, которому я тоже велел войти, сверкал глазами, как мальчишка, который оказался в настоящей ожившей легенде, из тех, что рассказывают вечерами в деревенских домах. Лицо Амазонки выражало лишь сдержанный интерес, а вот Юлька смотрела куда-то в сторону, что меня, признаться, сильно напрягало.

— Вот так обстоят дела, друзья мои, — закончил я свой рассказ. — Теперь же мне нужно отдохнуть, ночью поспать не удалось.