— Посчитаем, — качнул головой я. — Может, не на этот год, но на следующий точно должны найтись. В смысле, на этот год точно нет, сентябрь уже на носу. Либо на следующий, либо через год, вот что я имел в виду. Только хорошо подумай, Иркан. Ученая магесса — сама себе хозяйка. Как только выучится, она не будет больше тебе послушной дочкой. Может быть, и мужа себе там найдет, в Академии…

— Я уже думал, ты тут не самый умный, Андрей Петрович, — фыркнул орк. — Пусть. Я ее подвел раз… не доглядел. Рассказывать подробности не буду, но была там одна история, из-за которой она замуж вовремя не вышла. Я в ней виноват. Так что если она теперь в этом мире решит остаться, отдельно от племени жить станет — ну что ж, лишь бы судьбу свою нашла.

— А сама-то Лиихна согласится? Учиться будет?

— Сначала — своей волей отправлю. А потом втянется. Что ж я, дочь свою не знаю? Учиться она не то чтобы любит, но ей гордость не позволит хуже других быть!

…Между тем наши дела шли своим чередом. Скелетики отсыпали более проходимую дорогу, мы согласовывали план постройки шлюзов — планировали приступить осенью и зимой. Мне пришлось еще раз мотнуться к герцогу Фойту… и тут я обнаружил, что мужик снова в сомнениях! Похоже, пока меня не было, ему опять кто-то в уши напел, что судоходность Илы повышать не нужно.

Я хотел было уже плюнуть — мне, в принципе, этот лишний шлюз на землях самого Фойта был не так чтобы нужен. То есть с ним бы проще, но в крайнем случае я даже на своей земле мог сделать так, чтобы хотя бы плоскодонки до Ильмора подымались. А это уже значительно двинуло бы вперед торговлю. И плевать, что дорогу мои скелетики уже порядком улучшили ради исполнения договора с гильдией торговцев: хорошая дорога — тоже благо для манора! Просто ни хрена от пошлин освобождать их не буду.

Однако тут произошло неожиданное.

Фойт как раз витиевато что-то мне объяснял насчет сложностей строительства в выбранном месте и невозможности отвлекать крестьян даже для вспомогательных работ типа вывоза земли — как вдруг откуда ни возьмись мы услышали резкий голос.

— Посторонитесь, господа!

На стол посыпались свитки плотного ватмана — гораздо более качественного, чем тот, который я привык видеть в этом мире!

Я поднял глаза и с удивлением уставился на мужика, как две капли воды похожего на моего отца! Ей-богу, один в один — только не такого, каким я его помню незадолго до смерти (он был намного старше мамы, и, когда они разбились, ему как раз исполнилось шестьдесят), а средних лет — то ли тридцать, то ли сорок! Примерно как в моем детстве.

Не очень высокий, ниже меня ростом, с зачесанными назад темными волосами, в «учительских» очках в роговой оправе — и в совершенно местных шмотках, сине-голубых, расшитых серебром и украшенных мелкими голубыми камушками.

— Вот, — хмуро сказал этот тип. — Проект шлюзов по реке Иле. И только попробуйте отступить хоть на дюйм — получите мою божественную кару по полной программе! Я понятно выражаюсь? — Он чуть опустил рукой очки и смерил взглядом сперва Фойта, потом меня.

— Да, а… — начал я.

Тысяча вопросов вертелись у меня на языке, мешаясь друг другу, и в результате не сорвался ни один!

— Отлично, — буркнул этот двойник. — Тогда не будем тратить время друг друга!

И едва он это сказал, я вдруг понял, что только что проснулся и что сижу, положив руки на дубовый стол герцога Фойта, а голову — на руки. И что герцог и его управляющий тоже спят сидя, напротив меня — точнее, уже просыпаются. Герцог, правда, для разнообразия спал, откинувшись головой на спинку стула, а не положив ее на стол.