Рагна поняла нас с полуслова. Только оглянувшись на вошедшую Мириэль, она усмехнулась и сказала:

— От входа до середины — моя часть, от середины до дальней стенки — твоя. Земля тебе моя подходит или сама сделаешь?

— Спасибо, — сказала Мириэль. — Ваша земля очень высокого качества, мессира Брейдау.

— Зови Рагной. И на «ты». И обращайся напрямую, а не через Андрея. Таково мое условие.

— Хорошо, Рагна, — кивнула Мириэль.

Лед тронулся?..

Хотя, честно говоря, на этом месте мне стало немного страшно: чего они вдвоем наразводят в этой оранжерее? Надеюсь, не триффидов каких-нибудь?

* * *

В общем, жизнь входила в колею. Новый год здесь не справляли, зато имелся праздник Зимнего Солнцеворота, и вот на него-то деревня устраивала гулянья. Мы с девушками тоже явились. Даже Леу для разнообразия присутствовала: пряталась ящерицей у меня в капюшоне! Ханна, правда, не собиралась ничего говорить, Мириэль тоже, но Рагна, к моему удивлению, нормально так играла роль милостивой баронессы — кивала, улыбалась, раздавала селянам подарки — в виде кусков туш всяческой нечисти, которую мы с Леу накануне набили (ну, как «мы»… била, в основном, Леу, я разделывал и вырезал что помяснее).

Люди косились на нас с опаской — тем более, что туши раздавали скелеты. Но мясо в середине зимы — это всегда мясо, так что больше кланялись и благодарили!

Праздновали по-простому: носили по кругу чучела основных богов, благодарили богиню Огня, что каждый год возвращает солнце, благодарили бога Воды, что не сковал весь мир льдами, просили бога Воздуха, чтобы не засыпал метелями, а богине Земли желали скорее проснуться весной и порадовать их, селян, урожаем. Ну и богинь Любви и Раздора поминали, чтобы им не обидно было, видимо.

Хоть храма как такового в деревне и не было, но имелась молельня с алтарями, и вот на эти алтари возлагали приношения в виде сушеных ягод, несладкого печенья и лепешек и тому подобного.

Потом были танцы в большом доме для собраний и немного рядом с ним, но мы остались только на самое начало — Ханна заранее предупредила, чтобы мы не задерживались, мол, людям при бароне будет неудобно напиваться в зюзю. Однако я счел, что все равно сделал достаточно для налаживания отношений. Правда, не знаю, насколько психованным они меня считали. С одной стороны, две видимых жены, а говорит, что их вообще пять, и одна драконица! С другой стороны, налоги отменил, мясо раздает — хрен знает, чего от него ждать! Но у меня и не было цели завоевать всенародную любовь. Как показывает исторический опыт страны, где я родился, это почти всегда кончается пшиком. У меня была цель стать привычным. Примелькаться. Чтобы не шарахались, как от чумного. Пока все еще шарахались: я сказал старосте, что не прочь бы нанять нескольких человек в обслугу особняка — следить за печами, убирать по мелочи, вот это все. Тот тут же начал извиняться и юлить, уверяя, что в деревне нет людей, «обученных прислуживать господам». Ну ладно…

Назад мы ехали уже по темноте, но с погодой повезло: в небе сияла луна, заливая снег глубокими голубыми тенями. В высоком черном небе разноцветными точками мерцали далекие незнакомые звезды, заставляя меня лениво думать — а что, вот каждому миру Многомирья соответствует целая громадная вселенная, или все-таки только отдельная планета? Громада нашего дома высилась впереди, тепло светясь «дежурным» магическим огоньком в окне первого этажа — его оставила Рагна, потому что доверять скелетикам приглядывать за очагом мы боялись. Это слишком интеллектуальное занятие для них, нужен все-таки живой слуга — а где его взять, если деревенские не горят желанием идти в обслугу?

Эх, наверное, Ханна все-таки была права, не надо было так уж сразу их от налогов освобождать — борзеть начали!

И тут на нашу дорогу, расчищенную от снега с помощью деревянных лопат в костяных руках, из леса вышел огромный темный силуэт, заступив дорогу.