— Да дались вам эти деньги!

— А хочешь еще одну ракету продать?

— Ты, что ли, купишь?

— Я.

— Иди ты…

— Сколько хочешь?

— Нисколько. Нужно вывозить их. Только вот куда? На торфоразработки? И закопать?

— Условия хранения соблюдать нужно. Головные-то части есть?

— А то. Хранятся отдельно. Как и порох.

— Ты расскажи, как она работает?

— Да просто она работает. В ней компьютер. Картинки местности закладывают заранее. Панорама, район, сектор, здание. Хочешь — в форточку влетит, хочешь — в трубу печную.

— А если без картинок?

— Можно и без картинок. Просто как артиллерийский снаряд. Тогда не очень точно. Поправки разные. На вращение Земли, на ветер, на влажность. А также температуру, координаты местности надо знать. И кое-что еще. Ты, случайно, не стрелять ею собрался?

— Собрался.

— Ею далеко не выстрелишь. Километров на шестьдесят.

— А если без картинок надо попасть? Как тогда?

— Я же сказал, что в ней компьютер. Можно датчик поместить на объекте, куда стреляешь. Или рядом. Попадет, как в рублевую монетку.

— А датчики у тебя есть, Гриша?

— У меня все есть.

— Так скажи цену.

— Я бы тебе продал. Только к ней еще и меня нужно. Или кого другого. А куда ты, к примеру, выстрелишь?

— А это мои проблемы. Добрые люди не пострадают.

— Коля, он правду говорит или шутит?

— Гриша, я про эти штуки-то давно знал. Только не думай, что стрельба эта — мой сценарий. Полуянов человек больно жадный. И если бы ты тогда не прокололся, ты бы следующую нам с Бухтояровым продал.

— Ты что, Коля, шпион?

— Нет, Гриша. Я партизан. На своей собственной земле. И мне идеи его бомжатские душу греют.

— Мне кажется, что я схожу с ума.

— Ты, Гриша, не сходи. Прежде чем о коммерции думать, нужно от Полуянова отбиться. Его сегодня в садоводстве видели.

— А ты почем знаешь?

— А я туда людей поставил.

— Каких таких людей?

— А вот его людей. Из «Трансформера».

— Это что, заговор?

— Называй как хочешь. Не продашь ракету — возьмем силой.

Тут полковнику Адомашину стало нехорошо.

Покупатели идти в бункер вместе с Полуяновым отказались. «КамАЗ» свой поставили в пяти верстах от части, ему повесили рацию на пояс, дали пистолет с глушителем. Три человека. Смуглые, а акцент как бы прибалтийский. Ничего не понять. «КамАЗ» наш, питерский, если верить номерам.

В части должны были оставаться сейчас полковник с капитаном и еще от силы трое. Могли вернуться двое алкашей из больнички. Только как им граждане начальники объяснят отсутствие их боевых товарищей? Впрочем, набрехать можно всякого. По ночам полковник, наверное, сам сторожит свой бункер. Капитан в штабном домике. И двое на часах при входе. С таким стволом это для него не проблема. Проблема в капитане. Он хитрей всех. Значит, нужно идти к домику и кончать капитана. А потом тишь да гладь.

К территории части приблизился скрытно. С час лежал за соснами, возле входа. Никто за это время из домика не вышел, но свет там горел и силуэты мелькали. Значит, дома алкаши. Откачались. Их можно уложить в последнюю очередь. Когда машину вызовет, тогда и уложит. Не повезло мужикам. Да и не мужики они вовсе. Кишка тонка. Не тянут они на мужиков.

Он отполз со своего «НП», переместился в низинку, обошел часть с тыла.