— Не могу. Ты такой теплый, Крис. Мне нравится до тебя дотрагиваться, нравится, когда ты твердеешь в моих руках.

Едва не взревев от страсти, он обхватил ее лицо ладонями и, приникнув к губам, проник языком в рот. И началась дуэль: с отступлением и наступлением, посасыванием и подтруниванием. Желание стремительно перерастало в бурную страсть, руки Криса уже беспорядочно скользили по ее телу, и вот он коснулся заветной расщелинки .. Виктория чуть отстранилась и приподнялась, чтобы прижаться к нему всем телом.

— Вик, о Боже, Вик! — выдохнул он.

Она вцепилась в изголовье кровати, когда он проник в нее, горячий и твердый. Затем обхватила его ногами, и Крис с трудом сдержался, чтобы немедленно не разрядиться.

— Помедленнее, дорогая, — прерывисто произнес он. — Я могу сделать тебе больно.

— Что ты!

Он продолжал свои неистовые ласки. Дыхание их участилось, движения становились все быстрее, и вот Виктория выкрикнула, что Крис должен немедленно присоединиться к ней, и тогда он обхватил ее за бедра и перестал себя сдерживать. Их захлестнула волна сладостных ощущений и безудержный экстаз. Казалось, прошла вечность, пока их страсть начала угасать…

Любовники обессиленно повалились на смятое покрывало, все еще в объятиях друг друга, тяжело дыша.

— Ты загонишь меня насмерть, женщина! Виктория чуть шевельнулась.

— А я ведь только-только разошлась! На миг его лоб прорезала глубокая морщина, но затем он расплылся в улыбке.

— В следующий раз пощады запросишь ты! Она чуть похлопала его по щеке.

— Какая чудесная идея!

Проснувшись, Крис обнаружил, что остался один. Он испуганно спустил ноги на пол и зажег лампу, чтобы оглядеться. Халат Виктории тоже исчез. Одни лишь разорванные кружевные трусики на кобуре: висят, словно военная добыча. Крис улыбнулся, и тут же исчезли все его страхи. К кс]му ей здесь податься, кроме своего друга? А друг у нее один — Цезарь. Крис бросился в конюшню.

Увидев ее, он невольно затаил дыхание. В свете тусклого фонаря совершенные линии ее тела, что проглядывали сквозь тонкую ткань халата, так и манили прикоснуться. Рядом с огромным, гарцующим конем она выглядела словно эльф, посланный злой волшебницей, чтобы ввести в соблазн могучее животное. Но впечатление оказалось обманчивым, ибо Крис наконец заметил в руках Виктории яблоко и бутылку пива.

— Ну, что выбираешь? Думай быстрее. Ты не представляешь, приятель, на что мне пришлось пойти, чтобы добыть тебе это.

Цезарь ткнулся в бутылку. Виктория тут же вгрызлась в яблоко, а лошадь взяла бутылку губами за горлышко и подняла голову. Пиво полилось ей в горло.

— Ну и ну! — изумленно вскрикнула Виктория и схватилась за бутылку рукой, чтобы та не упала на пол. Цезарь внезапно рыгнул, и Виктория закатила глаза. — Ах ты свинтус!

Не удержавшись, Крис прыснул, и Виктория резко обернулась.

— Привет!

Он выглядел чертовски соблазнительно: великолепный торс, могучие руки сложены на рельефной груди. Ей нравилась эта грудь, без единого волоска, гладкая, мускулистая и блестящая от пота.

— Что-нибудь потеряли в сене, шериф? Он улыбнулся, обнажив целый ряд прекрасных белых зубов. Виктория подошла ближе, полы ее халата распахнулись и призывно коснулись его ноги.

Крис тотчас схватил ее за руку и поспешно куснул яблоко. Она молча смотрела, как он жует, как движется его кадык, с удивлением обнаружив, что ее возбуждает каждое его движение. И что, несмотря на сегодняшнюю бурную ночь, она готова заниматься с ним любовью бессчетное число раз. Крис откусил еще раз.

— Я проголодался.

— С чего бы это?

— С того, что ты, моя прекрасная охотница, слишком ненасытна.