<style name="50">— Охраняй ее до темноты, пока не появлюсь я.

<style name="50">— Ладно, поработаю сторожевым псом. Через полчаса буду.

<style name="50">— Хорошо, спасибо.

<style name="50">— Мог бы ответить «обращайся в любое время», — но нет, кельт, такие услуги я оказываю лишь один раз, в исключительных случаях.

<style name="50">— Я знаю.

<style name="50">— Кто это? — спросила Саншайн, едва Тейлон повесил трубку.

<style name="50">— Вейн.

<style name="50">— Он тоже Темный Охотник?

<style name="50">— Нет, милая. Сейчас ты познакомишься с волком-оборотнем.

14

С виду Вейн ничем не отличался от человека. Но о том, что перед ней не человек, Саншайн догадалась бы и без предупреждений — по исходящей от него мощной, первобытно-свирепой ауре.

Он был в выцветших джинсах, белой футболке, тяжелых ботинках и потертой косухе. Ростом и шириной плеч не уступал Тейлону — и вполне мог потягаться с ним в красоте мускулистого тела и грации движений.

А лицо его...

Когда он снял темные очки, у Саншайн перехватило дыхание — так ярко сверкали на смуглом лице его пронзительно-зеленые глаза. Растрепанные волосы, как ей сначала показалось, были темно-каштановыми, но в следующий миг она заметила, что они переливаются всеми возможными оттенками: золотистыми и пепельными, рыжими и черными. Никогда она не видела таких волос!

По крайней мере, у человека...

Но больше всего ее поразила исходящая от Вейна мужская чувственность — неприкрытая, грубая, властная. По сексуальности он не уступал Тейлону. Двигался плавно и бесшумно, по-звериному, склонив тяжелую лобастую голову, словно хищник, готовый к атаке.

Да, перед ней настоящий шедевр природы!

— Что-то ты рановато, — заметил Тейлон.

Вейн пожал плечами: в его исполнении даже это простое движение завораживало, словно экзотический танец.

— Добрался быстрее, чем думал. — Обернувшись к Саншайн, он одарил ее улыбкой, от которой у нее едва не подогнулись ноги. — Кельт, ты уверен, что готов доверить мне свою самку?

— Да, потому что здесь, на болоте, я хозяин.

Вейн скептически поднял бровь.

— Это угроза?

— Это обещание, Вейн. Мои люди дежурят у твоих дверей и охраняют твою семью. Тебя я прошу о том же.

— Ценю твое доверие, кельт, но лишь потому, что знаю: доверяешь ты немногим.

Темный Охотник и человек-волк обменялись долгими понимающими взглядами.

Затем Вейн надел темные очки.

— Готова, детка?

При этом небрежно-ласковом обращении Саншайн напряглась. Быть может, он просто старается быть любезным, — но ей такая любезность не по нутру! Сегодня назвал «деткой», завтра играючи по попке шлепнет, а послезавтра...

— Вот что, давай договоримся сразу: ты мне не отец, не брат и не любовник, так что обойдемся без «деток».

Он снова одарил ее улыбкой, продемонстрировав убийственные ямочки на щеках.

— Слушаю, мэм! — И, открыв дверь, пропустил ее вперед. — До заката, кельт.

— До заката.

Выйдя за порог, Саншайн остановилась.

— А где твой катамаран?

— Я катамараном не пользуюсь. Слишком долго плыть, да и шума не люблю.

— Как же мы отсюда выберемся?

Вейн с усмешкой протянул ей руку.

— Ты мне не доверяешь?

Он что, шутит?

— Конечно, нет! Я же тебя совсем не знаю!

Оборотень рассмеялся густым басовитым смехом, теплым и манящим.