— Но ведь твой магазин был в соседнем доме! Значит, теперь ездить на работу через весь город придется тебе?

— Знаю. Но что же делать? Это одна из тех жертв, которые мы приносим ради любви. — И она улыбнулась какой-то жалкой улыбкой.

Да-да, именно поэтому Саншайн всегда боялась жить с мужчиной!

Ради всего святого, почему «жертвы любви» всегда приносит женщина? Почему бы, для разнообразия, мужчине чем-нибудь не пожертвовать для любимой?

— Ладно, — вздохнула Бриди, — позвони мне, если напишешь что-нибудь в моем вкусе, хорошо?

— Конечно. Кстати, ты отлично выглядишь. Сбросила вес?

Бриди просияла.

— Похудела до шестнадцатого размера. Но, должна тебе сказать, мне пришлось<style name="3"> вообще ничего не есть!

— Что ж, потрясающий результат, поздравляю!

— Спасибо. Тейлор записал меня к себе в клуб на занятия аэробикой четыре раза в неделю — это мне и помогло.

— Вид у тебя не слишком-то довольный.

Бриди вздохнула:

— Честно говоря, терпеть не могу аэробику! Просто не знаю, куда провалиться, когда приходится пыхтеть в тренировочных залах рядом с худенькими девчушками в леотарах. Боже правый, они-то что там забыли? После занятий пирожных с кремом хочется сильнее, чем после трехдневной голодовки!

— Как я тебя понимаю! — улыбнулась Саншайн. — Сама порой проклинаю производителей одежды: они, похоже, считают, что красивые наряды нужны только тем, кто на грани истощения, а все остальные могут и в дерюжных мешках походить!

Бриди ответила ей улыбкой.

— Кстати, об одежде: мне пора возвращаться в магазин. Береги себя.

— И ты тоже.

И Бриди отошла от столика.

— Кто она такая? — Вейн, вскочив на ноги, пожирал уходящую женщину жадным взглядом.

Как этому человеку, точнее волку, удается так бесшумно передвигаться?

— Ее зовут Бриди Мактирни. Хозяйка модного бутика в Ибервилле.

— Хм... очень аппетитная!

Саншайн посмотрела на него с удивлением. Большинство ее знакомых мужчин Бриди, мягко говоря, не воодушевляла: их смущал и ее рост, и особенно рубенсовские формы.Но Вейн смотрел на нее так, словно увидел супермодель во плоти.

Что, если...

Тряхнув головой, он снова сел на тротуар.

— Хочешь, я вас познакомлю? — предложила Саншайн.

Он бросил на нее короткий взгляд — и снова она уловила в его зеленых глазах скрытую тоску.

— Волки не общаются с людьми. Узнав, кто мы такие, вы обычно пугаетесь до смерти. И потом, ваши самки слишком хрупки. Я не хочу во время спаривания постоянно помнить о том, как бы не убить и не покалечить партнершу.

— Ой... меня кое-кто упрекает, что я говорю все, что приходит в голову, но, по-моему, ты меня в этом превзошел!

— Говорю же тебе: мы не люди. Ваши правила и запреты — не для нас.

Она понимала: это правда. И все же жаль... Бриди очень нужен мужчина, который принимал бы ее такой, какая она есть, — не изнурял диетами и не гонял в фитнес-клубы.

— А что у тебя с этим кельтом? — помолчав, спросил вдруг Вейн. — Вы просто спариваетесь — или дело серьезнее?

— Зачем тебе это знать?

— Затем, что я тебе уже изложил всю свою биографию. И жду ответной любезности.

Саншайн присела рядом с ним на тротуар.

— Понимаешь... даже не знаю, как ответить. Когда я рядом с Тейлоном, мне кажется, что он — часть меня. Что мы неотделимы друг от друга. И удивительно, как до сих пор я могла не замечать, что без него моя жизнь пуста.

— А он? Он чувствует то же самое?

— Кто знает? — задумчиво вздохнула Саншайн.