— Сколько можно спать?! Тут такое! Такое! А ты! Ты!

— Рась, ну чего тебе от меня надо? — я села на кровати, яростно растирая собственную физиономию и пытаясь проснуться. Ощущение было такое, как будто веки я сомкнула буквально пару минут назад, а до этого несколько суток не спала. Впрочем, это было не удивительно: всю ночь мы с Каем проболтали, а до этого я с проклятьем боролась, да и папино явление переживаний добавило. В общем, сплошные волнения, умаялась вечером, а тут ещё поспать спокойно не дают!

— Кай выздоровел! — сияя улыбкой, сообщила она.

— А когда он успел заболеть? И чем? — опешила я. И нахмурилась, пытаясь сообразить, как я могла подобное проспать и сколько вообще я должна была для этого спать.

— Тьфу, да я про руку его! Сегодня утром встал — и как ни в чём не бывало, а на все вопросы только загадочно отмахивается «чудо случилось». И, главное, спокойный такой, как будто это всё не с ним! — оживлённо затараторила подруга, которую явно распирало от новостей и желания ими поделиться.

— Здорово, — зевнула я, вспоминая, насколько «спокойным» был плетущий вчера. — А от меня-то тебе что надо?

— Как — что? — почти испуганно вытаращилась на меня медведица.

— И почему это не может подождать до утра-а? — вновь зевнув, я отобрала у девушки подушку и принялась устраиваться досыпать.

— Так уже утро! — жалобно протянула она.

— До полудня, договорились! — уточнила я.

— Тебе совсем не интересно, что произошло?! — через пару секунд уже всерьёз расстроенно спросила Рассвета, и я поняла: либо я откладываю сон на неопределённый срок, либо на меня прямо сейчас смертельно обидятся. Пришлось опять разлеплять глаза и пояснять подробнее.

— Рась, если в двух словах, это оказалась не травма, а проклятие. Я вчера это обнаружила, и вчера же его сняла; знала бы, в чём дело, сразу бы избавила твоего дядю от этой проблемы. У нас такое любой приличный ученик может. Кто же виноват, что Кай такой скрытный, и никому ничего про себя не говорил! — под ошарашенным взглядом девушки я виновато пожала плечами.

— С ума сойти, — наконец, растерянно выдохнула она. — А, ты поэтому так долго спишь?

— Не совсем, но поэтому тоже, — решила быть честной я. — Мы до утра проболтали; зато я, кажется, на теоретическом уровне разобралась в вашей магии. Вот высплюсь, и скажу точно, разобралась или нет и насколько полно.

— Погоди, у меня такое ощущение, что или ты что-то упускаешь, или я что-то не так поняла. Ты походя вылечила его от проклятья, отравлявшего его жизнь почти десять лет, а потом вы просто разговаривали о магии? — подруга разглядывала меня с явным сомнением не то в моей искренности, не то в душевном здравии.

— А что мы должны были делать? — со смешком уточнила я.

— Ну, не знаю… Мне кажется, Кай больше всего мечтал опять взлететь!

— Рась, ему сначала надо привыкнуть, что у него две руки, и только потом уже летать; для полёта надо полностью контролировать своё тело, понимаешь?

— Если с этой стороны посмотреть, то конечно, — задумчиво протянула она. — Но могли бы и о чём-нибудь другом поговорить!

— Могли, — не стала спорить я и состроила просительную мордашку. — А теперь, может, ты всё-таки разрешишь мне немного поспать?

— Ну ладно, — смилостивилась подруга. Видимо, выражение лица получилось говорящим.