— Понятия не имею, — в итоге за всех ответил Грат, а я неуверенно добавила:

— Ну, это вроде духов, только круче. Они у людей есть во Внешнем мире, — пояснила на вопросительный взгляд Кая.

Окинув нас всех взглядом, отец звонко расхохотался, запрокинув голову.

— Тяжело с вами, — через несколько секунд со вздохом резюмировал он, качая головой. — А я уже представлял, как вы начнёте пугаться, а я буду вас переубеждать и рассказывать, насколько вы не правы… Нет в жизни счастья. Ладно, значит, не получится развлечения, всё будет коротко и по существу. В общем, боги, равно как и наши духи, это всего навсего иная форма жизни. Ну, есть оборотни, есть драконы, есть всяческие неразумные твари, а есть — они. Если мы для жизни используем энергию, получаемую из физической пищи, то они — жизненную энергию других форм жизни, вроде нас. Разница в том, как именно они её используют, и сколько именно этой энергии им нужно для комфортного существования. Некоторые подъедают разлитые в воздухе излишки, и им того хватает, некоторые — откровенно паразитируют, высасывая из жертвы всё что можно, и после — перебираясь к следующей, а некоторые вступают в симбиоз, с одной стороны — питаясь за счёт носителя, но с другой — всячески продлевая и улучшая его жизнь. Собственно, наши духи относятся к последним. Они дают нам вторую ипостась, увеличивают срок жизни, упрощают наше взаимодействие с тканью реальности, а мы взамен подкармливаем их своими эмоциями и энергией. На свет они появляются разными путями, обладают разным уровнем развития сознания; в общем, такое же разнообразие, как и с нами, обычными мясными тушками. Вернее, нет, если углубляться, то где-то внутри мы — тоже энергетические субстанции, просто привязанные к материальному миру, но это всё ерунда. А важно то, что несколько лет назад к нам в мир свалился детёныш такой сущности. Собственно, из-за сопутствовавшего переходу разрыва ткани реальности ваших плетущих всех разом и контузило. Что это вас так перекосило? Не, явления разгневанной мамаши можно не опасаться. Да и когда он окончательно вылупится, будет вполне разумен и контактен, ну и, кроме того, он относится к виду частично мусорщиков, частично — симбиотов, так что панику можно отставить. Да и вообще, надо оставить его в покое и не лезть к нему, тогда всё будет в порядке, — отмахнулся он и с вежливой улыбкой обвёл присутствующих взглядом с видом «всем спасибо, все свободны».

— И когда же он… вылупится? — первым подал голос Кай.

— О, за это можете не переживать, лет через сто, не меньше.

— А камни эти летучие там откуда? — полюбопытствовала я.

— Это у него средство самозащиты. А пространственные искажения, за которые я по морде получил, это вообще непроизвольные эманации, — ехидно покосившись на плетущего, продолжил отец.

— А за каким духом ты туда Ёжика поволок? — проворчал тот в ответ. Скорее раздосадованно, чем сердито; так что можно было надеяться, повторения не случится.

— Я же говорил, за компанию, — терпеливо пояснил дракон. — Тем более, ей в самом деле ничего такого не грозило, я приглядывал.

— И ты вот это всё выяснил, просто взглянув на него? — недовольно проворчал Ивар. Кажется, папа очень ему не понравился. Впрочем, ему, кажется, вообще мало кто нравился; на редкость угрюмый тип.

— Всё это я знал ещё дома, — насмешливо фыркнул он. — Мне надо было только понять, опасное это существо или нет, а для этого надо было взглянуть поближе. В общем, не лезьте вы в эту Пустошь, и всё. Никто оттуда на вас не нападёт и никаких гадостей чинить не будет, расслабьтесь. Ему тоже трупы в ближайших окрестностях не полезны, а нам всем выгодно, чтобы малыш рос здоровеньким и крепеньким, — непонятно заключил он.