Тут мы подъезжаем, и что ответила женщина, остается неизвестным.

Савин – в адрес, мы – по соседям. Заходя в квартиру напротив, слышу рык из-за двери, куда направился сыщик:

– Где была, курва?!

Оборачиваюсь, но Савин мне успокаивающе кивает головой: мол, делай свое дело, а я убежать всегда успею, если что. Это у него такая шутка есть.

Когда мы с напарником и массой полезных знаний возвращаемся в квартиру потерпевшей, там полный мир и взаимопонимание. Сыщик крутит на пальце синюю сумочку на ремешке – видимо, как раз ту, которую украл грабитель.

Молодой здоровый мужик, пьяненький, философствует:

– А она мне… А я ей… А она… Ну и я, конечно, не сдержался. А ты бы сдержался? – Он наводит на меня тяжелый взгляд и ждет ответа. Не дождавшись, подводит итог: – То-то и оно. А ты говоришь…

Поскольку дело уже не пахнет керосином, как говорили древние милиционеры, Савин решает устроить мне практический экзамен:

– Воронцов, а как бы нам зафиксировать обнаруженную сумочку?

Хорош гусь! Нашел время! Но я для него сопливый первогодок, поэтому не возражаю.

– Можно, конечно, отразить твоим рапортом о том, что ты ее обнаружил и к этому рапорту прилагаешь. Но я бы рекомендовал пригласить соседей и быстренько набросать маленький протокол осмотра места происшествия. Именно здесь ведь этот герой, как я понимаю, накатил своей женушке? Заодно кроме сумочки приобщить к протоколу и этот ключ.

Я взглядом указал на огромный гаражный ключ, лежащий тут же на столе. Гараж у них, судя по обстановке, вряд ли имеется, так что ключ, скорей всего, от сарайки в подвале.

– Да я ей кулаком! Забыл, что ключ-то в руке. А кулаком – это всегда полезно! – встрепенулся хозяин.

А сыщик посмотрел на меня с восхищением, которое наигранным было только наполовину.

– Соскочил! – разочарованно произнес он в мой адрес. – Садись, пять!

– Сесть мы завсегда успеем! – обнадежил я его. – Протокол-то писать, что ли?

Пришлось тащить этого «женовоспитателя» в отделение. Оставь его дома, так он свою благоверную добьет, несмотря на то, что она героически его отмазывала. И вопросы появятся уже к нам. А законных оснований для его задержания у нас нет. И что теперь? А вот что. Фиктивно оформляем его за мелкое хулиганство. Теперь есть основание подержать его на нарах до утра. А почему фиктивно? Да потому что ни суд, ни прокуратура у нас семейный дебош в домашней обстановке никак не хотят признать за мелкое хулиганство. А если присовокупить сюда пробитую голову, то и совсем нерешаемая проблема получается.

Кое-как развязавшись с этим происшествием и оставив сыщика в отделении, продолжаем свою работу. Пока то да се, уже и время к десяти часам вечера, и вызовов нет. Звезды сошлись как надо, можно подумать про обед. У нормальных людей обед в полдень, у ненормальных – в десять вечера. А где же в это время можно перекусить в суровой социалистической действительности? Не в ресторане же, да и не пустят туда. Не потому, что не годимся, а просто им самим скоро закрываться. Но самое главное – народ не поймет. Так прямо и скажет: наши люди в кабак на обед не ездят. А эти, видно, богатые. Отсюда и до молвы, что мы мздоимствуем, да еще там и пьянствуем, рукой подать.

Так, стало быть, куда? Конечно, на предприятие с непрерывным циклом производства, а именно – на металлургический завод. И обязательно взять дежурного по отделению. Голодный дежурный – несчастный наряд. Подменить его великодушно согласился мой напарник Игорь. Он сегодня «берет деньгами». Или так цинично народ про деньги еще не говорит?

На проходной вечная проблема – охрана пытается победить милицию, а в данном случае – не пропустить.