Эх, машинку бы сюда! Только где ее взять на опорном-то? Да что-то я и не уверен, что мастерски справился бы с ней. Колотить по «клаве» совсем не то, что каретку двигать. И ошибок пишущая машинка не прощает. Что же делать?

И тут мне в голову пришла спасительная мысль. Ответ за подписью начальника ГОВД, да еще в газету, будет печатать сама Фрида Яковлевна, секретарь начальника, да к тому же на фирменном – ой, простите, на служебном – бланке с отпечатанным типографским способом угловым штампом. Так что успокойся, околоточный, и пиши проект ответа своей рукой и своей ручкой. Многолетний опыт в казуистике тебе в помощь!

Глава семнадцатая

Шептало с пружиной

– С закрытыми глазами, говоришь? – переспросил дядя Петя.

Мы сидели у Щеглова, то есть в кабинете участковых, и в густом табачном дыму, от которого у меня уже начали проступать слезы, занимались чисткой своих «макаровых» после стрельб. Собственным тиром наш горотдел еще не разжился, и приходилось ездить в Абакановский карьер. А это неблизкий путь, да еще с учетом нехватки транспорта, и на такое дело уходило больше половины рабочего дня. И само собой, что твое личное оружие после стрельб за тебя никто чистить не станет.

Сам хозяин кабинета отстрелялся в этот раз весьма неплохо – двадцать восемь из трех зачетных (знаменитое упражнение номер один) – и теперь похвалялся удалью. Это он заявил, что соберет пистолет с закрытыми глазами. Но главный «профилактик» имел в виду неполную разборку. А старый участковый ой как не любил болтунов.

– Да ты хоть знаешь, дурилка картонная, что такое шептало с пружиной? – насмешливо спросил он, удивив при этом не только Щеглова, но, видно было, и некоторых других присутствующих.

А кто из них досконально знает устройство пистолета? Допустим, я знаю, но я о том пока промолчу.

– Ну ты сказал, дядя Петя! – заржал Щеглов. – Скажи еще «орало с овчиной»!

Ловко это у него отбрыкнулось, да еще в рифму. Кое-кто засмеялся, и смех этот получался в поддержку хозяина кабинета. Но на Петра Васильевича это не произвело ровным счетом никакого эффекта.

– Ну-ка, дай сюда свое ружжо, – протянул он руку тезке за его пистолетом. – И протирку давай.

А дальше произошло волшебство, не хуже, чем у Арутюна Акопяна. Петру Васильевичу оставалось только рукава засучить, чтобы было похоже. Но и без этого пистолет Щеглова в руках моего наставника вдруг распался на множество деталей, гораздо больше, чем требовалось для чистки пистолета, в том числе и достаточно мелких.

– А так сумеешь? – лукаво спросил старый участковый. – Да хотя бы и с открытыми глазами. Но я смогу и с закрытыми. А ты? – Он осторожно взял двумя пальцами одну мелкую детальку и предъявил хвастуну: – Вот это и есть шептало с пружиной, а ты – «орало», «орало». Даю тебе пять минут, хотя для этого дела и одной хватит, и то если не спешить.

Пяти минут Петрухе не хватило. Пока он корпел над задачей, ехидные голоса болельщиков утверждали, что у него сейчас лишние детали появятся, как у известного часовщика. Вспомнился читанный в далеком будущем рассказик Веллера про маузер Папанина. Рассказ-то, конечно, сплошной вымысел, но вот идея, как легендарному полярнику во время полной сборки-разборки подкинули лишнюю деталь, довольно забавна. Хотя профи сразу же отыщет лишнюю запчасть среди прочих и на удочку не поведется.

– Все, сдаюсь, дядя Петя! – наконец признался Щеглов. – Научи!

– То-то! – Петр Васильевич принял поражение своего юного тезки как должное.