— Да ладно!

— Представьте себе. У меня есть дочь, и я живу полноценной жизнью.

— Даже не будучи экзотической танцовщицей?

— Я до сих пор не могу поверить, что вы такое всерьез предположили.

— А почему бы и нет?

— Потому что. Я имею в виду, что я не… что у меня не тот тип фигуры… Я была в шоке.

Джек ухмыльнулся.

— Самое интересное, что у вас определенно как раз тот тип фигуры. Как раз по моему вкусу.

— Судя по количеству подруг, вы любите все типы женских фигур, — колко парировала Кэйла.

— Лишняя никогда не помешает.

— Я не поклонница толпы. — Голос Кэйлы вновь стал надменным, отчего Джеку вдруг захотелось поцеловать ее.

— Я тоже не любитель сборищ, — вкрадчиво проворковал он.

— Телефонные звонки говорят о другом.

— Вы хотите сказать, что предпочитаете уединение один на один?

— Мы кажется, наш разговор немного не по теме, — со всей серьезностью заявила женщина.

— Да? А я-то думал, что мы как раз подошли к самому заманчивому вопросу… Стоп. А это что? — возмутился Джек, когда Кэйла извлекла из пакета упаковку с шестью жестяными банками.

— Пиво.

— Это не то пиво. В списке значится другой сорт.

— У них не было именно такого. Но продавец спиртных напитков сказал, что у этого точно такой же вкус.

— Он вас надул. Мне нужен эль, а ваше пиво лишь жалкая имитация.

— Хорошо… Завтра принесу вам то, что вы заказывали.

— И орехи для пива тоже не те. Я люблю соленые, а не просто обжаренные.

— Надо же, какой гурман.

Джек выразительно приподнял бровь.

— Просто я знаю, что мне нравится. А у вас что, с этим проблемы?

— Вот у меня как раз проблем нет, — проворчала она еле слышно.

— Намекаете, что они есть у меня? — тут же парировал Джек.

— У вас нога сломана.

— Надо же, какая приметливость!

Кэйла приметила многое. И то, как его высыхающие волосы падали на лоб, и глубину его дымчатых глаз, и ширину плеч — как у пловца. И губы. Когда он несколько минут назад улыбнулся и в уголках его губ и глаз появились забавные лучики смеха, ей показалось, что взошло солнце. А вот сейчас в его глазах светилась дьявольская ухмылка.

Почувствовав на себе его пристальный взгляд, Кэйла поспешно спросила:

— А как вы все-таки сломали ногу?

— Я уже говорил вам, что это случилось во время работы. Утром, кажется, вас подробности не заинтересовали.

— Потому что вы испугали меня.

— Правда?

— А вы бы не испугались, увертываясь от орущего дикаря с костылем?

— Странно, но у меня такое ощущение, что вы не из пугливых.

— Сочту за комплимент. Но все-таки что с вами случилось?

— Если я скажу, что упал с кровати, вы все равно не поверите. А вообще-то версий много.

— Разве у правды бывают версии?

— Надо думать. Спросите у любого копа. Если есть три свидетеля происшествия, то обязательно найдутся и три различные версии.

— Ну и какова же ваша версия?

— Я пострадал из-за неповоротливости. Огонь очень ревнивый и коварный соперник, — пробормотал мужчина, словно рассуждая про себя. — Он, как и женщина, не любит, если ты хоть на секунду отвлекаешься.

— Почему это? — Кэйла почувствовала внезапное раздражение.