– Тогда почему этим не занимается ФБР?

Смит посмотрел на часы.

– Если бы у нас было два года, этим могло заняться и ФБР. Но у нас нет времени. Уничтожены главы двух военных подразделений правительства Соединенных Штатов, и я не уверен, что это конец игры. Президент оповещен. А мы должны работать быстро, пока дело не приняло серьезный оборот.

– Хорошо, хорошо, – сказал Римо, которому совсем не нравилась идея стучаться в закрытые двери и задавать вопросы о каждом из гостей этой вашингтонской пьянки. – Но я не представляю, куда это может нас завести.

– Хотя бы вытащит нас из этой вонючей свиной дыры, – сказал по корейски Чиун. – Соглашайся. Сделай вид, что император знает, о чем идет речь. Тогда мы сможем вернуться к цивилизации.

– Я думал, ты с нами не разговариваешь.

– Это я с ним не разговариваю. А тебе я говорю, отведи меня домой.

– К людям с круглыми глазами?

– К телевизору, – огрызнулся Чиун. – Скоро начнется обзор новостей мисс Чинг.

– Опять! – сказал Римо. – Слушайте, Смитти, мне кажется, мы должны еще раз обсудить все это.

В этот момент кто то стал рваться под попону, крича по китайски, внутри появилась голова, размахивавшая десятидолларовой купюрой и показывающая на часы.

– Похоже, наше время истекло, – сказал Смит. – Я арендовал эту штуковину на полчаса.

– За десять долларов? – воскликнул Римо. – Такси обошлось бы дороже.

– Десять долларов – вполне достаточно.

– Любите вы дешево прокатиться, Смитти.

– Не ваша забота!

Наклонившись Чиун выскользнул из под картонного дракона, и тут же куда то исчез китаец, кричавший на Смита. Римо приподнял попону и увидел Чиуна в окружении толпы китайцев. Он что то оживленно говорил и жестикулировал, а те кланялись и понимающе кивали. Затем Чиун вернулся и поклонился Смиту.

– Мы уходим, о знаменитый император, и оставим тебя с миром. Не теряй своего драгоценного времени на воспоминания о моей скромной просьбе о портрете красивой девушки. Это ни для кого ничего не значит, кроме меня самого, а мои недостойные желания не должны касаться ушей столь могущественного человека, как вы. Пошли, Римо.

Только они ушли, толпа китайцев схватила дракона и, обступив Смита, стала прыгать вокруг него, что то злобно крича.

– Что это с ними? – спросил Римо.

Смит беспомощно озирался, а вокруг него кипел шумный муравейник.

– Они поняли, что император обманул их, – сказал Чиун.

– Интересно, кто мог подать им такую идею?

Чиун пожал плечами:

– Это не я. Я не могу предать человека, который платит скудное жалованье моей деревне за услуги Мастера Синанджу.

– Я видел, что ты говорил с тем китайцем. О чем?

– Просто я рассказал ему, что когда арендовал такого картонного зверя в прошлый раз, я заплатил хозяину сто долларов. А меньшая сумма – это просто оскорбление. Вот и все, что я ему сказал.

Римо увидел, как Смит все таки достал бумажник и отдал китайцу небольшую стопку купюр. Китаец поклонился и Смит механически кивнул в ответ, зло покосившись на Чиуна и Римо.

– Думаю, нам стоит ненадолго убраться из города, – сказал Римо.

Глава третья

Резиденция сенатора Джона Спанглера в Вирджинии представляла собой большую усадьбу с белыми колоннами и садом со снежными верхушками. Толстая женщина средних лет, одетая в спортивные брюки и свитер, распахнула дверь прежде, чем Римо успел постучать в нее.

– Если вы из газеты – убирайтесь вон.

– Это дом Спанглеров?

– Вы и так это знаете. Убирайтесь!

– Вы ведь не госпожа Спанглер?

– Нет.