— Насколько знаю, от пули, выпущенной из кольта 45 калибра. Это его оружие?

— Та-а-ак… — Чанда покачал головой. — Но как это могло произойти? Я все время стоял у окна и должен был услышать выстрел. Выстрел из кольта слышен далеко…

— Я думал об этом… — Джо растерянно развел руками. — И я не слышал выстрел. И Хиггс тоже… Это мой человек, который стоял там поблизости… Может быть, он погиб тогда, когда началась гроза? Но…

— Раскат грома мог заглушить выстрел, — тихо сказал Чанда. — Это была очень сильная гроза, стремительная…

— Все так. Но Хиггс неотлучно следил за входом в павильон. Никто не мог незамеченным ни войти, ни выйти из него, — Джо поднял голову. — А генерал Сомервилль мог бы покончить жизнь самоубийством?

— Мог ли он?.. — Чанда секунду колебался, медленно разглаживая полу своего черно-золотистого халата. — Каждый может расстаться с жизнью, если поймет, что смерть — это тот единственный выход, который у него остается. Но он не принадлежал к тем, кто избегает борьбы. Он хотел жить. К тому же зачем девяностолетнему человеку лишать себя жизни, если и без того его дни не столь уже многочисленны?

— Этим аргументом можно воспользоваться и для противного суждения, — ответил Джо. — Вдруг он опасался, что Пламкетт решился его погубить, если покушение окажется неудачным? Разглашение нелегальности сделки и процесс, который непременно последовал бы за этим, перечеркнули бы не только доброе имя генерала, но и научные достижения всей его жизни…

— Но для чего лишать себя жизни до процесса и компрометации? Пламкетт требовал деньги. Генерал хотел успокоить его навсегда. Но в назначенное время Пламкетт не появился, и генерал не убил его, — Чанда на мгновение умолк. Потом приблизился к Алексу.

— Да? — с недоумением посмотрел на него Джо. В эту секунду он вспомнил, что когда они вошли, лоб генерала был холодным, совершенно ледяным. А буря началась всего за пять, максимум десять минут до их прихода… Ледяным…

— Мистер Алекс, я понимаю ваше состояние. Вы думаете о Каролине и о том, что не оправдали ее доверие в ту минуту, когда ей это больше всего требовалось.

— Да, — ответил Джо. — Мне кажется, на ее месте я бы думал, что Джо Алекс не сумел спасти дедушку от внезапной смерти, хотя находился так близко от него…

— И потому вы ищете спасения в мысли о самоубийстве. Раз он сам лишил себя жизни, Каролина быстро поняла бы, что предотвратить этого никто не мог.

— Да.

— Но вы не верите в самоубийство. Почему?

— Потому что ни я, ни вы, ни Хиггс не слышали выстрела. Но кто-то обязательно должен был его услышать. И генерал не мог покончить с жизнью во время грозы, так как был уже абсолютно холодный, когда я вошел в павильон. Я не врач, но слишком много видел трупов, чтобы… — добавил он чуть ли не шепотом.

— Я буду ждать… — Чанда наклонил голову.

— Ждать? — недоуменно переспросил Джо.

— Между нами давно было договорено, что если мой господин умрет раньше меня, я поеду в Моулмейн, чтобы закончить жизнь так, как хочет ее закончить каждый человек: на земле своих отцов, чтобы мой прах смешался с из прахом.