— Алан! Мы уже обыскали весь дом! Никакой записки нет. И потом, раз она взяла велосипед Мэттью, она могла поехать куда угодно!

Маркби прекрасно понимал, что зять прав, но тем не менее не сдавался:

— Подумайте, к кому она могла поехать. Кстати, не было ли у нее в последнее время конфликтов с вами? Вспомните! Может, она плохо себя вела и вы ее отругали? Обидевшись на родителей, дети часто убегают из дома, но, как правило, возвращаются на следующий день. В моей практике такое случалось.

— Нет, Эмма не такая! — решительно возразила Лора. — И потом, мы ее не ругали.

Маркби нахмурился.

— А если конфликт произошел не дома, а где-то еще? В школе сейчас каникулы. Она по-прежнему помогает в приюте для лошадей?

Родители Эммы переглянулись.

— Эмма очень расстроилась, узнав, что Шумахер собирается выселить приют, — сказала Лора. — Но она не поехала бы туда среди ночи, правда? Зои ночует в вагончике… Черт, там даже телефона нет! Но зачем Эмме ехать туда среди ночи?

Маркби кивнул:

— Ладно. Я позвоню в участок и дам им приметы Эммы. — Подняв трубку, он спросил: — А лунатизмом она не страдает? Во сне не ходит? Понимаю, это нелепо, но…

— Нет! — отрезал Пол. — И потом, она ведь уехала на велосипеде!

— Ну да, конечно. И все же остается надежда, что она решила вас разыграть… например, начитавшись о приключениях «Великолепной пятерки»!

Маркби набрал номер и изложил дежурному обстоятельства дела:

— Да, ей одиннадцать лет. Мы считаем, что она уехала на велосипеде. У нее длинные светлые волосы. На ней джинсы, резиновые сапоги и голубая куртка с капюшоном. Совершенно верно. Да, ее подруг уже обзвонили. Нет, нет. Вряд ли… — Он покосился на Пола. — Ты не звонил в больницу?

— Нет, — вяло ответил Пол, а Лора села на ближайший стул и закрыла лицо руками.

Остаток ночи тянулся бесконечно долго. Они совсем извелись в ожидании новостей, но так ничего и не узнали. В четыре утра Маркби, который больше не мог пребывать в бездействии, поехал в бамфордский полицейский участок, чтобы убедиться, что его сотрудники предпринимают все усилия для розыска его племянницы. На улицах в этот предрассветный час было пусто; Бамфорд казался заброшенным. Все спали, даже кошки. В сточных канавах плавали обертки от жареной рыбы с картошкой; у магазина ветер со звоном катал по асфальту пивные банки. В кустах на парковке стояла забытая магазинная тележка для продуктов; в витрине магазина электротоваров образовалась трещина. Наверное, ночной патруль уже заметил трещину и сообщил владельцам.

Маркби встретили очень участливо; все утешали его. Со смесью раздражения и отчаяния он понял: сейчас его воспринимают не как коллегу и тем более не как начальника. Его успокаивают как обычного пострадавшего, родственника пропавшего ребенка.

Ему предложили чаю.

— Не волнуйтесь, сэр! Такое случалось у нас и прежде! Большинство беглецов возвращаются в течение суток. Скорее всего, утром девочка придет домой. В конце концов, она ведь не могла заехать далеко.

Старший инспектор больше не в силах был сдерживаться. Он хватил кулаком по стойке и заорал:

— Нечего меня утешать! Ей одиннадцать лет, и она не привыкла выкидывать дурацкие номера! У нее велосипед; она могла уехать очень далеко отсюда! Если, конечно, ее не сбила машина. Водитель мог даже не заметить ее в темноте! Так что шевелитесь! Она моя племянница, и я хочу, чтобы ее нашли как можно быстрее! Понятно? Вызовите вертолет! К утру чтобы был здесь! Зря, что ли, вы получаете зарплату?

На обратном пути к Лоре он остановился перед тюдоровским домом, в котором разместился магазин «Иголочка».