Она сразу же выбрала несколько платьев, наслаждаясь веселым звуком, с которым деревянные вешалки постукивали друг о друга.

– Вы позволите, я отнесу это в примерочную? – сзади раздался искусственный писклявый голос. Ханна обернулась. Рядом с ней стоял Майк. – Я уже отобрал для тебя кое-что на свой вкус и отнес в кабинку, – добавил он.

Ханна сделала шаг назад.

– Ты выбрал для меня вещи?

Она должна была на это взглянуть! Ханна прошла в примерочную, где бархатный занавес был уже сдвинут в сторону. На крючках рядом с зеркалом висело несколько вещей. Узкие кожаные брюки с завышенной талией. Облегающая серебристая туника с глубоким треугольным вырезом спереди и широкими разрезами по бокам. А под ними оказались три комплекта нижнего белья с бюстгальтерами «Вандербра» и микроскопическими трусиками-танга.

Ханна обернулась к Майку и закатила глаза.

– Очень мило, но скорее ад замерзнет, чем ты заставишь меня это надеть! – Она снова покосилась на кожаные брюки. Как интересно, Майк подумал, будто она носит нулевой размер.

Лицо Майка вытянулось.

– Неужели даже трусики не примеришь?

– Не для тебя! – игриво сказала Ханна. – Довольствуйся воображением.

Задернув занавеску, она невольно улыбнулась до ушей. Что ж, Майк определенно заслужил несколько очков за сообразительность.

Ханна положила свою замшевую сливового цвета сумку на кожаный пуфик и расправила обрывок флага, который привязала к ремешку. После некоторых раздумий Ханна решила расписать его в память об Эли, использовав все ее задумки. Логотип «Шанель» разместился рядом с лягушкой-анимашкой. Девочка-хоккеистка забивала мяч в переплетенные инициалы «Луи Виттона». Ханна была вполне довольна результатом.

Отвернувшись от зеркала, она сняла свитер, расстегнула бюстгальтер, стащила брюки. В ту самую секунду, когда она потянулась за первым платьем, занавески примерочной раздвинулись. Майк просунул голову внутрь.

Ханна взвизгнула, прикрыв руками грудь.

– Какого черта?

– О-оой! – воскликнул Майк. – О, черт! Прости, Ханна. Я думал, это туалет. Честное слово, тут заблудиться можно.

При этом он жадно смотрел на ее грудь. Потом скользнул взглядом по ее откровенным кружевным трусикам.

– Убирайся! – взревела Ханна, пнув его босой ногой.

Через несколько минут она вышла из примерочной с одним платьем, перекинутым через локоть. Майк сидел в кресле около трюмо. Сейчас он был похож на нашкодившего щенка, сжевавшего угги своего хозяина.

– Злишься? – спросил он.

– Да, – сухо ответила Ханна. На самом деле, она ни капельки не парилась – напротив, ей даже льстило, что Майк так хотел увидеть ее голой. Но проучить его все равно не мешало.

Когда она заплатила за платье, Майк спросил, не хочет ли она поужинать.

– Только не в «Рив Гош», – напомнила Ханна.

– Знаю, знаю, – сказал он. – Тут есть местечко в сто раз лучше.

Он повел ее в «Год кролика», китайский ресторанчик около бутика «Прадо». Ханна сморщила нос. Она уже чувствовала, как ее задница растет в ширину от пребывания среди масла, жира и соусов, которыми все китайские рестораны обильно сдабривают свои блюда.

Майк заметил ее вытянувшееся лицо.

– Не волнуйся, – заверил он. – Я тебя прикрою!

Худенькая азиатка с прической в виде пучка, из которого торчали палочки, проводила их в уединенную кабинку и налила обоим по чашке горячего зеленого чая.