— Это какую же? У тебя их по десять на дню.

Анналена не удостоила Энрико взглядом, нырнула в двери и через минуту появилась с длинной перечницей в руках, размером с половину самой Анналены. — Вот!

Саша вспомнила, что уже слышала эту историю. Анналена хотела, чтобы в шоу использовали перечницу с рекламой ее кафе. Но Макс отказался и практически выгнал женщину.

— А где реклама? — Поинтересовалась Саша. — Здесь нет никакого логотипа, или что у вас там было.

Анналена ахнула. — Brava! Вот что значит молодые глаза! Так мы перепутали перечницы! Значит моя так и осталась среди их реквизита. Эх, жаль, шоу отменили… Слушай, забери ее с собой, отнеси комиссару.

— Почему вы не можете отнести ее сами?

— Никто в деревне не видит нашего комиссара чаще, чем вы с синьором Карло.

— Зачем ему перечница?

— Как это зачем! А вдруг это улика!

Перечница была торжественно вручена Саше. — Ты же все равно идешь в участок, я права?

«Скоро забудут о моих заслугах, но запомнят городской сумасшедшей» — думала Саша, карабкаясь с перечницей по крутой улице. То дорожному движению мешаю, тащу на себе скутер вместо того, чтобы на нем ехать, то с гигантской перечницей тащусь куда-то. По большому счету, заслуг то почти и нет. А вот странное поведение не забудут. Вот спасибо Анналене, удружила!

Бальери был прав, дорожное движение в Позитано угрожало жизни и здоровью пешеходов. Удивительно, что туристов не давят здесь пачками. Саша чудом увернулась от несущейся прям на нее «веспы», водитель вильнул и с трудом избежал столкновения, в последний момент он затормозил и чуть не перевернулся через голову. Сама Саша успела отпрыгнуть и приземлилась на мягкий участок земли. Пиппо — а это он оказался за рулем — повело меньше. Мотоцикл валялся посреди дороги, пакет, висевший на руле, лопнул и его содержимое рассыпалось вокруг. Бутылке вина из пакета не повезло больше всего, она разбилась, поток темно красной жидкости заструился среди осколков

— Ты что, слепой?

— Извини, я сначала тебя не заметил, а потом был поздно. Ты меня испугала.

— Я тебя испугала? Да это ты меня чуть не сбил! — Саша возмущалась и махала руками, как заправская итальянка.

— Прости, пожалуйста. Мне так жаль!

Он что специально хотел ее сбить? К падению в горах и падению в люк добавляется третий случай? Но Пиппо выглядел таким виноватым и расстроенным, что Саша махнула рукой:

— Ладно, бывает. Все нормально. Тебе помочь? Надеюсь, вино не слишком дорогое.

— Нет, дядя Лучано пьет только дешевое вино, так что я просто куплю другую бутылку. Но твоя перечница сломалась. Прости! Я куплю тебе другую!

— Не парься. — Саша собиралась сказать, что эта перечница никому больше не нужна, но Пиппо наклонился, поднял одну половинку и вытащил пачку бумаг, свернутых в рулон. Развернул и побледнел так, что казалось, сейчас потеряет сознание.

— Mamma Lola… — прошептал мужчина.

— Что случилось, о чем ты?

— Эти бумаги… я хорошо их помню. Это записи мамы Лолы. Ее сочетания ароматов. Ингредиенты и пропорции ее духов и эссенций!

Сашу словно под дых ударили. — Макс не просто сбежал. Он забрал все ее записи…

* * *

Пиппо категорически отказался ехать в полицейский участок:

— Ни за что, хватит с меня полицейских!

Саша повела его к Бальери, по дороге позвонила Луке. «Vespa» Пиппо пережила падение, получив только одну вмятину на раме и несколько царапин на корпусе, все это опытный механик исправит за полчаса. Они собрали апельсины, убрали с дороги осколки и вернули рецепты в перечницу. Обошлось без трагедий.

Бальери нарезал колбаску пепперони, добавил немного сыра и оливок, открыл бутылку просекко.