Полковник подумал еще пару секунд, а потом ударил кулаком по столу.

— Значит, так. Заводим дело об убийстве Евгения Воронова. Назначаю ответственным следователя Серикова. Петров, ты будешь его помощником, в силу… осведомленности и нестандартного подхода к работе. Семёнов, ты продолжаешь работу на участке, но оказываешь содействие. И чтоб у меня на столе был план оперативно-следственных мероприятий, в конце-концов! Мне сколько раз надо это сказать, что вы работать начали⁈ Чем быстрее, тем лучше! Все ясно?

Сериков скрипнул зубами, но спорить не стал. Он бросил на меня взгляд, полный такой ненависти, что я буквально нутром почувствовал — Эдик отыграется. Непременно. Выждет время, а потом сделает гадость.

— Ясно, — пробормотал следак.

— Так точно, — хором ответили мы с Семёновым.

Волков просто промолчал. Его вообще никто не упоминал.

Когда вышли из кабинета, Сериков сразу пошел в атаку.

— Ну, помощничек, — прошипел он, хватая меня за локоть и оттаскивая в сторону. — Поздравляю с назначением. Теперь мы с тобой одна команда. И я настоятельно рекомендую тебе поделиться со мной всем, что ты знаешь. Всеми твоими «анонимными источниками». Понял?

— Понял, — кивнул я, высвобождая руку. — Но повторю еще раз. Пока не могу. Если вы, товарищ капитан, продолжите вести себя как истеричная, баба, я буду вынужден попросить полковника отстранить меня от дела. А это не в ваших интересах. Потому что вы ни черта не знаете, а мне за сутки удалось выяснить достаточно много. Поняли?

Сериков втянул воздух через сжатые зубы, ядовито улыбнулся и ушел в сторону своего кабинета. Молча

— Ну ты и влип, Вань. — Семёнов, который наблюдал за мной и Эдиком со стороны, подошел ближе, — Сериков тебя теперь живьем сожрет. Он терпеть не может, когда кто-то лезет в его огород.

— Я знаю, Виктор, — устало сказал я. — Но другого выхода не было.

Глава 4

После совещания мы с Семёновым отправились в кабинет участковых. Я чувствовал себя так, будто меня засунули в стиральную машинку, а потом несколько раз в ней прокрутили на режиме особо быстрой стирки. Мокрый, помятый, уставший. Голова была забита таким количеством информации, что хоть на стену лезь. А теперь, в довесок к этому, я еще должен работать в паре с Сериковым.

Семёнов добавлял в мое и без того поганое настроение еще больше напряжения. Он все время что-то бурчал себе под нос про «зарвавшихся сынков прокуратуры» и «зазнавшихся следователей». Видимо, моя стычка с Эдиком его хоть и позабавила, но всерьез взволновала. Старлей даже свою обиду отодвинул на второй план.

— Он тебе, Вань, пакости строить будет, — снова высказался Виктор, когда мы зашли в комнату и присели на стулья. К счастью, в нашем кабинете было пусто. И Капустин, и Лыков отсутствовали. — Эдик злопамятный, как злобный ишак. Однажды я ему на оперативке слово поперёк сказал, так он потом полгода служебные записки подкидывал, что я, мол, нарушаю устав, форму ношу ненадлежащим образом и в участке бардак. Полковник, конечно, их в корзину отправлял, но осадочек, как говорится…

Я только вздохнул в ответ. Мне бы их проблемы — служебные записки. У меня тут вампиры девушку чуть ли не с того света возвращают, а неизвестный враг пытается на этих же вампиров все списать. И судя по короткой беседе с Лилу, моему истинному начальству такой расклад не сильно нравится.

— Переживем как-нибудь, Витя. Наверное. — Успокоил я старлея.

— То-то и оно, что «наверное», — Семёнов хмыкнул, а затем полез в ящик стола за папкой с текущими делами.