— Страшно, — произнес я. — Но почему ты спрашиваешь об этом у меня?

— О тебе много слухов ходит, — пояснила Арина. — Говорят, ты выжил в дворцовой резне и спас вашего принца. Как тебе не было страшно?

Вопрос был довольно обычным. Но странным был сам факт, что Арина задала его здесь и сейчас, глядя на представление артистов, но будто не видя его. Как будто девушку что-то беспокоило, от чего ее не могли отвлечь развлечения.

Я не стал отвечать сразу, размышляя, как бы раскрутить княжну поделиться своими переживаниями. Решил для начала ограничиться общими словами:

— Суть состоит не в том, чтобы не бояться, ведь только безумцы не имеют страха, — произнес я. — А в том, чтобы преодолеть его в нужный момент. В остальном же страх очень даже нужен.

— Тьфу, — поморщилась княжна. — Ты говоришь, как мои наставники.

Мимоходом я подметил наличие домашнего образования у княжны. Харден был ей нужен уж точно не для овладения магией.

— Наверняка твои наставники лучшие, — произнес я, подыгрывая княжне. — У меня тоже отличный учитель. Но порой он совершенно меня не понимает.

Я сделал вид, что возмущен.

— Да, у меня так же, — с жаром покивала княжна. — Я сильнее каждого из этих старых пердунов, но только и слышу от них: «Ты же девочка, тебе не пристало!» или «Это недостойно дочери дворянина!»

Последние фразы она сказала с такими интонациями, что стало ясно — передразнивает кого-то. А я мысленно похвалил себя: разговор о типичных подростковых проблемах мигом позволил мне расположить к себе эту бунтарку. Оставалось только разговорить княжну.

— А еще меня бесит тотальный контроль, — закинул я следующую наживку. — Мы даже во дворец принца с «нянькой» приехали, представляешь? С деканшей нашей. Хотя уж тут-то нам точно никакая опасность не грозит.

— У меня один в один так же, — ожидаемо поддержала разговор девушка. — Даже чтобы по саду одной погулять, пришлось от охранника сбежать, представляешь?

Она рассмеялась, явно довольная своим «побегом». И, похоже, проворачивала что-то подобное не в первый раз.

«Похоже, наставникам с ней и правда тяжко приходится», — мысленно посочувствовал я героическим работникам. И порадовался, что моя оплошность, когда я перепутал княжну с Крис, прошла незамеченной: извинялся бы сейчас перед ее «няньками».

«И подозреваю, няньки у нее широкоплечие, бородатые и могут с одного удара отправить в нокаут», — подумал я, а вслух сказал:

— Наставники не понимают одну вещь: такие, как мы с тобой, рождены для чего-то большего. Держать нас взаперти — означает бессмысленно тратить наше драгоценное время, в то время, как мы могли бы заниматься чем-то по-настоящему полезным.

— Да-а-а! — горячо подхватила девица. — Я со своей магией рождена не для того, чтобы сидеть в четырех стенах и детей нянчить. Для этого полно других, обычных девиц.

Глаза Арины вспыхнули от наполнивших ее эмоций. Я же вспомнил, что, кажется, в России еще были сильны патриархальные традиции. Женщин там воспринимали скорее как хранительниц очага, нежели как полноценных членов общества. А вот в Европейском содружестве подобные понятия ушли в прошлое.

— Мне кажется, или у тебя есть какие-то интересные планы? — спросил я напрямую.

Девушка глянула на меня горящими глазами. Да, планы у нее определенно были и, похоже, грандиозные. Я невольно вспомнил, как ее отец начал говорить с принцем о какой-то экспедиции.