— Налей своему брату, — сказала она Тому.

— Виски, дорогой Том, — сказал Джордж, подражая Алекс и улыбаясь.

Том налил виски, протянул Джорджу и спросил:

— А что, Розанов еще здесь?

— Нет, он далеко-далеко, покинул нас, ушел, мы его больше не увидим, он стерт из памяти, уничтожен, перешел в невидимый мир, без мысли и движения, единственное, необходимое, короче, его больше нет.

— Он уехал из Эннистона?

— Вместе с очаровательной малюткой. Что за девочка была, какая головка цвета слоновой кости, молочно-белое тельце, огромные фиалковые глаза, и как они сверкали! Какие грудки, какие бледные бедра, и как она сопротивлялась, рыдала и целовалась.

— Что ты несешь? — сказал Том.

— Он намекает, что он ее поимел, — отозвался Брайан, — Врет, конечно. Он живет в мире своих фантазий. Как всегда.

— Твое здоровье, Алекс, — сказал Джордж.

— И твое, дорогой, — ответила Алекс.

— Твое здоровье, Габриель, милая Габриель. — Джордж поднял стакан.

— И твое… — Габриель покраснела от приятной неожиданности, улыбнулась и подняла стакан.

Вдруг всем стало очевидно, что в комнате присутствует Руби. Она, должно быть, вошла за Джорджем и села на стул у стены, наблюдать: большая, смуглая, молчаливая.

— Какие люди! — заметила Алекс, но не стала прогонять Руби.

— Я за то, чтобы Джордж ушел, — сказал Брайан, — А ну, вали отсюда.

— Это мой дом, — ответила Алекс, — Не нравится — уходи сам.

— Ну хорошо, давайте по-другому, — произнес Брайан. — Думаю, мы имеем право задать Джорджу несколько вопросов.

Они все стояли, кроме Руби и Адама, который все еще сидел на полу. Джордж уселся у камина. Пухлое лицо выражало восторг, почти экстаз, и светилось странным нежным светом, как тогда, в четверг вечером, когда Том гадал, не спятил ли брат.

— О, что толку спрашивать Джорджа, — сказал Том, — Он просто соврет, и в этом не будет его вины.

— Не будет его вины?! — переспросил Брайан, поворачиваясь к Тому. Брайан заметно разозлился, но сдерживал себя.

— Ну будет, но какого черта, такая каша заварилась, вопросами ее уже не расхлебать и ничего не поправить.

— Я не очень понимаю, что ты имеешь в виду…

— Давайте допросим Тома, — сказал Джордж. — Спроси его, где он был в четверг вечером.

— А сам-то ты где был? — спросил Брайан.

Джордж сказал:

— Полагаю, вы все знаете, что Розанов предлагал девочку Тому. Габриель, ты знала?

— Нет, — ответила Габриель, снова багровея.

— Ты разве не читала про это в газете?

— Да, но мне показалось, что это все чепуха, я ничего не поняла и даже не пыталась…

— Старайся хоть как-то понимать, что вокруг тебя происходит, — посоветовал Джордж, улыбаясь.

— Хорошо, — робко ответила Габриель.

— Розанов очень рассердился на Тома и написал мне об этом в письме.

— Розанов написал тебе обо мне? — спросил Том.

— Да, он считает, что ты вел себя очень плохо. Оттого и вышел тот скандал в саду, а всё свалили на меня. Том, со свойственной ему деликатностью и хорошими манерами, решил спеть даме серенаду под аккомпанемент своих пьяных друзей.