Все это тоже почувствовали, и в комнате воцарилось молчание, пронизанное сочувствием и состраданием. Начинать Юстину пришлось два раза, и когда он наконец обрел способность говорить, голос его звучал ровно и бесстрастно. Все чувства были подавлены.

– Я полагаю, что вы все уже прочитали мой отчет. Вы знаете, что я… ну, спаниковал, когда в Пурме меня увозили в подземелье. Тогда в лифте я убил всех моджои и квасаман, и спустя несколько минут я расправился с еще одной группой, что поджидала меня на лестничной площадке наверху. Но что некоторые из вас не знают, так это то, что я не просто спаниковал, я каждый раз, когда на меня набрасывалась новая партия моджои, буквально терял голову. Я даже не помню, как сражался с ними, просто, когда я приходил в себя, то видел их вокруг себя уже мертвыми.

Он замолчал, пытаясь снова овладеть собой. Первым уловил ключ к разгадке Джошуа.

– Это было только тогда, когда моджои атаковали тебя? – спросил он. – А сами квасамане тебя не волновали?

Юстин покачал головой.

– Нет, не в такой степени. Во всяком случае не те, что были в лифте. Другие… впрочем, похоже, что я тоже не помню, как убивал их. Я не знаю, возможно, я просто пытаюсь объяснить как‑то свой провал.

– А может быть и нет, – мрачно заметил Джонни. – Альмо, а ты испытывал что‑нибудь подобное, сражаясь с моджои?

Пайер заколебался, возвращаясь мыслями в прошлое. Ему ради чувства собственного достоинства Юстина очень хотелось бы признать этот факт. Если моджои фактически разжигали реакцию Юстина…

Но ему пришлось покачать головой.

– Простите, но боюсь, что нет, – сказал он Джонни. – С другой стороны, я также никогда не встречался с моджои, которые уже видели, что я опасен. Я всегда находился в таком положении, что прицеливался и уничтожал их при первом же кульбите. Возможно, нам стоит поговорить с Майклом Уинуортом и послушать, через что пришлось пройти ему.

Джошуа устремил взгляд в пространство.

– Города. Они спроектированы в расчете на моджои. Как вы думаете, может быть, в этом заложен больший смысл, чем нам кажется?

Гвен разволновалась.

– Должна вам признаться, что совершенно не понимаю этот «специально спроектированный город», – особенно это безумие относительно специально оставленных для стад бололинов проходов по его улицам. Разве не проще было для размножения своих моджои просто выезжать в лес на охоту?

– Или устроить в городах вольеры для тарбинов? – высказала Крис предположение. – Мне представляется, что гораздо проще выращивать ручных моджои, чем отправляться в лес и вылавливать дикие экземпляры.

– Безусловно, это было бы самое разумное, – сказал Пайер.

– Особенно, если предположить, – спокойно сказал Корвин, – что решения те принимали квасамане.

Ах, вот в чем дело, – подумал Пайер. Вот вокруг чего мы все ходим, наконец теперь это вышло на поверхность. Обвел взглядом круг людей, но вместо них он увидел тревожное зрелище: квасаманин‑марионетка, а ниточки в клюве его моджои…

Первым тишину нарушил Юстин.

– Нельзя все сводить просто к тому, что моджои способны брать контроль над людьми, – сказал он. – В ту последнюю нашу ночь, мы были окружены моджои, но все же сумели улететь.

Пайер мысленно вернулся в прошлое.

– Да, – медленно произнес он. – Как в Пурме, так и в офисе Киммерона в Солласе моджои были бы в состоянии повлиять на меня.