– Карта Виллона еще в сумках, которые вы с собой брали? – спросил Таер у Джеса, нарушая наступившую тишину.

Джес подошел к своей еще не разобранной сумке, достал карту, расстелил ее на столе и отошел к стене возле Ринни, в то время как все остальные столпились у стола.

– Почему не идешь спать, Джес? – не в первый раз спросила Ринни. – Я могу сама приготовить обед.

Она тактично не стала упоминать, что он больше мешает, чем помогает.

– Ложись на нашу кровать, сын, – сказал Таер. Его приглашение прозвучало как приказ. – Рядом с Лером достаточно места. Если не уснешь, то по крайней мере полежишь.

Джес напрягся.

– Здесь слишком много людей. Я не могу спать, когда все бодрствуют.

Вероятно, это правда. Сэра задумчиво посмотрела на сына.

– Снаружи будет легче? – спросила она. – Или тебя тревожит солнце?

Джес покачал головой. Она видела, что ему плохо, потому что он тщательно избегал касаться кого‑нибудь в комнате.

– Он слишком устал, – неожиданно оказала Хенна. – И если уснет, то будет спать слишком крепко. Он не может защищаться в лесу, и Защитник не позволит ему попытаться. – Она отодвинула карту, которую разглядывала, и решительно продолжила: – Но мне он позволит сторожить его.

– Да, – очень тихо подтвердил Джес.

– Прихвати одеяло или два, Джес.

Хенна встала и пристально посмотрела вначале на Таера, потом на Сэру – возможно, ожидала возражений.

Сэра подумала, что прогулка по лесу будет Хенне так же полезна, как была полезна ей самой. Она заметила, что собранность начинает изменять Хенне. Ей нужно укромное место, чтобы оплакать клан Бенрольна. А Джесу нужен отдых.

– Здесь от меня никакого толку, – сказала Хенна Сэре – почти сердито. – Тот, кто чертил эти карты, владел этим мастерством гораздо хуже меня. Карты даже не согласуются друг с другом.

– Мы будем продолжать, пока вас не будет, – спокойно сказала Сэра. И на языке Странников добавила: – Доверяю тебе моего сына, Ворон.

На лице Хенны промелькнула вспышка взволнованных чувств.

– Ты слишком доверяешь мне, – ответила она на том же языке.

– Не думаю.

Таер открыл перед ними дверь.

– Джес?

Их сын обернулся; было видно, что он держался из последних сил, что Сэра должна была подавить стремление броситься к нему. Ее прикосновение только повредит ему, поэтому она осталась на месте.

– Спасибо, что пошел с Лером в Колберн, сын, – сказал Таер. – Без тебя он бы там умер.

Джес чуть сильнее сжал одеяла и кивнул.

Хенна позволила Джесу самому выбирать дорогу и шла за ним так, чтобы не притронуться к нему. Он слишком устал, чтобы самому защищаться от случайных прикосновений.

Время – такая странная вещь. В данный момент ты говоришь с кем‑то, а через мгновение его уже нет. Ей почему‑то всегда казалось, что существует возможность повернуть время и изменить события. Час, минута… они проходят так просто. Повернуть их, должно быть, возможно. Но как это сделать, она никогда не могла понять.

Еще один клан умер. Еще множество людей, которых она знала и которых больше никогда не увидит. Она чувствовала… пустоту внутри.

Джес шел молча. Он слегка волочит при ходьбе ноги и, казалось бы, должен часто спотыкаться, но почему‑то его нога всегда оказывается рядом с упавшей веткой, камнем или ямой.

Хенна тоже молчала. И не знала, смогла бы заговорить с ним, если бы попробовала.

Она понимала, что только что сделала Сэра, хотя подозревала, что ни Джес, ни Таер не поняли, что Сэра произнесла последние слова брачной церемонии Странников.