Эти, как и некоторые иные, моменты я бы хотел избежать, поэтому и вводил жесткие правила ухода за моей дочерью. При этом заставлял себя слушать не только мамок, но и лекарей, скорее, тех, кто так назвался, но имел о медицине понимания чуть больше, чем ничего. До сих пор в шоке от того, что простуду лечат слабительными. Все лечат слабительными! Главное — это проср… очиститься.

Но, я-то знаю, что многие достижения в медицине крайне спорны. А мои дети должны жить. Я не приемлю варианта, когда родители благодарят Бога, что оставил им в живых троих-четверых детей из десяти рожденных.

— Димитрий, а что это за переполох такой в Москве? Все ли добре? — спросила Ксения, после того, как терпеливо выслушала, вместе с мамками, очередную лекцию о гигиене и обращении с ребенком.

— Строгоновы, — кратко ответил я, после подумал, что не до конца использую такой ресурс, как дочь Бориса Федоровича Годунова.

Ксения получила отличное, по местным меркам, образование, более того, была бы возможность, я и официальную должность ей дал. Всяко умнее многих других. И своим пытливым умом, она могла бы немало чего примечать во время правления своего отца. Всегда же есть подводные камни, знание о которых может мне помощь не нарваться на рифы.

— А что ты скажешь про Строгоновых? — спросил я, жестом указывая головной мамке уходить.

— Батюшка, царствие ему небесного, — Ксения перекрестилась. — Называл Строгоновых плутливым племенем. Они затребовали за поддержку отца, кабы он не лез в дела их, а также повелел привести из Европы рудознатцев и железных дел мастеров. Батюшка много серебра отдал за то, кабы из Англии и Нидерландов прибыли семь мастеров.

— Они приехали? — с интересом спросил я.

— Более того, семь мастеров, да еще и с помощниками. Ох, как батюшка лаялся, когда пришлось платить за них зело много серебра, — Ксения очень мило покачала головой, пытаясь передать негодование царя Бориса. Я улыбнулся.

— Скажи, а сколь много платили Строгоновы в казну, али батюшке твоему? — задал я следующий вопрос.

Это было важно, так как из документов, что сохранились, Лука при подготовке «личного дела Строгоновых» не нашел сведений о налогообложении Пермской земли и Урала. А тут, получается, царь с собственного кармана платит за специалистов, но что ему дали эти удельные князьки?

— То не ведаю, токмо слышала, как матушка, царствие ей небесное, ругала батюшку, что тот более платит за Строгоновых, чем они дают в казну. А батюшка говаривал… — Ксюша замялась, видимо, хотела сказать, что-то крамольное об отце.

Вот и экзамен для жены. Может ли быть со мной откровенной, есть ли шанс на то, что наша семья будет правильной, с доверительными отношениями.

— Батюшка говаривал… если не Строгоновы, которые купили бояр, так и не стал бы он государем, — сказала Ксения и отвернулась, явно расстраиваясь.

— Ну, буде! В державном управлении и не такое бывает. А батюшка твой более честный человек, чем иные государи. Я тебе после расскажу про Елизавету Английскую, семью Борджиа и иных. Вот там грязи… — я погладил иссиня-черные, густые волосы жены.

Повернул голову Ксении и впился в ее губы поцелуем. Уже скоро дело чуть не дошло до горизонтального положения, но я взял себя в руки.