По песчаным дюнам он спускался к берегу моря. Песок под ногами оказался настолько зыбким, что Шеппард чуть не упал, и тогда он прибавил шагу, чтобы достичь наконец твердой почвы. На самом берегу песок был гораздо плотнее, идти стало легче, но удовольствия это ему не доставило. На него волна за волной наваливалась страшная усталость, хотя он понимал, что обязательно доберется до человека, стоящего вдали, сможет добраться.

Шеппард достал из кармана телефон Уинтера, посмотрел на экран. Нет сигнала. Он вполголоса выругался. Выбрался наконец из берлоги, а сигнала все равно нет. На всякий случай все-таки набрал три девятки. Тишина. Интересно, где он? Надо срочно найти мобильник, иначе Райан погибнет. С большой вероятностью работающий телефон найдется у самого Эрена. Шеппард быстро пошел к нему. Ведь он понимал, что в каком-то смысле заслужил все, что сегодня случилось. Зато больше ни один человек из-за него не пострадает.

Эрена он не вспоминал долгие годы. Похоронил воспоминания о том, что он натворил, под другими, приятными: наркотики, бессонные ночи напролет, телевизионные съемки. В его сознании Эрен превратился в бесплотную тень.

Если после всего случившегося он остался в живых, сможет ли теперь оправиться? Забыть фальшивый гостиничный номер, как он забыл Эрена? Все, что произошло сегодня, было кошмаром, который давно дремал в безднах его души. И эти люди – словно призраки, плод беспокойного воображения, осколки подсознания. Поверит ли он со временем в это? Как искренне поверил в то, что раскрыл убийство мистера Джеффериса? И какая жизнь после этого была уготована Моргану Шеппарду?

Может быть, гибель здесь, в этих песках, станет логичным концом всей его жизни. Этакое подстрочное примечание к ней. Продвигаясь вперед, он уже едва волочил ноги. Они не слушались, желали, чтобы он остановился и лег на песок. Лег здесь и помер. Все, хватит… да, его всегда ждал именно такой конец.

И все же он был доволен, что смог выбраться. Выйти на свежий воздух и снова увидеть небо. Ему всегда нравилось гулять на свежем воздухе, это давало ему иллюзию свободы. Скорее всего, потому, что обычно он предпочитал стратегию отступления. Правда, сейчас никуда бежать не собирался. Даже напротив.

Он размышлял об ошибках, которые совершал. Вечеринки, наркотики, выпивка, все остальное в том же духе. Каждый божий день проходил как в тумане. А последние несколько лет все дни и вовсе слились в один – каждый день был похож на другой как две капли воды. И в результате в памяти ничего не осталось. Все началось в день, когда он отправился в полицию, чтобы сообщить об отце Эрена.

Но все запомнят это. Лживый Сыщик. Броские газетные заголовки – с такими заголовками номера разойдутся как горячие пирожки. И наконец желтая пресса скинет его с пьедестала.

Фигура человека уже несколько ближе, хотя все еще далеко… черты лица не видны. Черное пятно на фоне бледно-желтого песка.

Шеппард знал наверняка только одно: человек наблюдает за ним и, вероятно, довольно давно уже его поджидает.

«Иди вперед».

Расстроятся ли в телестудии? Проронит ли кто по нему слезу, а если да, поймут ли люди, почему плачут: от горя, из-за потери работы или от горечи из-за потери его самого? Небось сварганят дорогущие похороны с поминками. Все широко осветится средствами массовой информации: его смерть для всей информационной сети – неплохой повод заработать на рекламе. Открытый гроб с видом на столы с черной икрой, омарами с поджаренным хлебцем, шампанским, ведь надо же поднять бокал за уход порядочной скотины.

Его шоу, скорее всего, продолжится уже без него. Было бы глупо не использовать к своей выгоде эту шумиху. На его место пригласят нового человека. Черт возьми, может быть, даже самого Эрена или кого-то похожего на него. Кто этого заслуживает, конечно. Перед сменой ведущего на очередное ничтожество выйдет и мемориальная серия – так сказать, смена караула.