|
Во всяком случае, Нора сомневалась, что смогла бы стать подходящей матерью для юной красавицы, даже если бы ее отец встретил свою «невесту» с распростертыми объятиями. Она не представляла, как держаться, как вести себя с умной, очаровательной, самоуверенной красоткой, которая в отличие от Норы не просиживала в юности долгие часы перед зеркалом, грустно вздыхая; ей казалось, что у нее слишком уж невыразительные черты лица, слишком уж заурядные, как у какой-нибудь из девушек-служанок в доме Фарнсуорта.
Дом Фарнсуорта… Одно лишь имя этого человека повергало ее в дрожь. «Не оставлять же вас во дворе… А потом я придумаю, что с вами делать», — вспомнились ей слова Эйдана Кейна. Мысль о том, что ей придется вернуться в дом отчима, приводила ее в ужас. Вернуться отвергнутой и униженной — это было бы хуже всего. Она уже представляла, как будет злорадствовать Фарнсуорт, когда узнает о ее неудаче. Конечно же, он необычайно обрадуется, увидев свою гордую падчерицу, снова пришедшую к его порогу, чтобы отдаться на его милость. Однако не исключалась и другая возможность: отчим мог вообще не впустить ее в дом. Он мог воспользоваться ситуацией и выгнать ее на улицу. При этой мысли Нора стиснула зубы, едва удержавшись от стона. И все же она твердо решила, что к отчиму никогда не вернется, не доставит ему такого удовольствия. Она скорее умрет от голода. А впрочем, не стоит умирать, потому что и такой исход очень его порадовал бы. Она живо представила ликующего отчима: стоя над ее бездыханным телом, он указывал на нее своим толстым трясущимся пальцем и говорил о справедливом возмездии… Но если возвращаться в дом Фарнсуорта она не собирается, то куда же она пойдет? Рассчитывать на Ричарда не приходилось. Ни для кого не было секретом, что отец заставлял слуг следить за сыном и докладывать ему о каждом шаге своего наследника. Конечно, Ричард проявил необыкновенную щедрость, когда снабдил ее приданым, благословляя настоль неординарный брак. Однако глупо было бы рассчитывать на то, что он сможет и сейчас ей помочь. И все же у нее был выход… Ведь ее безрассудное бегство в Ирландию давало ей свободу поступить так, как она хотела до того, как начала получать письма от «жениха». Возможно, ей удастся найти какую-нибудь работу и обосноваться там, где отчим ее никогда не отыщет. Может, попросить сэра Эйдана Кейна оказать ей содействие? Нора невольно поморщилась при этой мысли. Уж скорее сэр Эйдан Кейн придет к ней в комнату и, опустившись на одно колено, попросит ее руки. Тут из комнаты — в этот момент они проходили мимо двери — вышел полный розовощекий слуга в белой шапочке; в руках он держал охапку белья. Не обращая на толстяка внимания, Сайпс заглянул в комнату и прокричал: — Эй, Роуз, немедленно приходи в голубую спальню! Хозяин хочет, чтобы ее как можно быстрее привели в порядок! — Скажи ему, что для тех, кто там обитает, и так сгодится! — Дерзкая ирландская девушка одарила Сайпса улыбкой, разбившей, вероятно, не один десяток сердец. — Я очень сомневаюсь, что у привидения есть потребность в чистой постели. — У привидения, может, и нет, а вот этой даме не все равно. — Сайпс с грохотом опустил на пол сундук Норы. — Она останется в Раткенноне погостить, и сэр Эйдан приказал поселить ее в этих покоях. — Не могу поверить! — Молоденькая горничная в недоумении уставилась на Нору. — Неужто хозяин рехнулся? В этот момент из соседней двери вышла пожилая женщина в черном. Взглянув на девушку, она сказала: — Даже если чувство меры немного изменило сэру Эйдану, ты, Роуз, все равно не должна позволять себе на этот счет высказываться. Немедленно выполняй его распоряжения, или… Боже милосердный! — Женщина в черном замерла, глядя на Нору. |
