Его твердая убежденность в том, что у нее нет иного выбора, кроме как выйти за него замуж, отдать ему свою жизнь и тело, показалась Уитни невыносимой. Она больше не в силах это вытерпеть!

– В таком случае сдержите уже данное обещание. Отпустите меня домой.

Отпрянув от Клейтона, Уитни в полном смятении шагнула к подъездной аллее. Однако он догнал ее, подсадил в коляску и отдал необходимые распоряжения лакею.

– Неужели вам никогда не приходило в голову, что вы не можете заставить меня стать вашей женой? – взглянув на него сверху вниз, с мертвенным спокойствием осведомилась она. – Вы в силах притащить меня за волосы к алтарю, однако мне придется отказаться давать брачные обеты, только и всего.

– Если именно эти мысли вы лелеяли все эти дни, – холодно бросил он, – тогда нет смысла ждать дольше, не так ли?

Он оглянулся, словно искал кого-то взглядом, и, не увидев, направился к дому.

– Куда вы идете? – потребовала ответа Уитни, встревоженная внезапной решимостью его действий и сурово сжатыми губами.

– Сейчас прикажу камердинеру приготовить все для долгого путешествия. После этого велю привести дорожный экипаж и запрячь лошадей. Мы уезжаем в Шотландию. Я решил, что самое лучшее будет сбежать и тайно обвенчаться.

– Сбежать! – охнула Уитни, схватившись за борт коляски. – Вы… вы не осмелитесь! Подумайте, какую пищу мы дадим болтливым языкам, а сплетники будут…

– Как вы уже успели заметить, сплетни меня совершенно не трогают, – равнодушно пожал плечами Клейтон. – И поскольку, очевидно, вас они задевают, предлагаю два выхода: как только мы окажемся в Шотландии, вы можете либо выйти за меня замуж, либо отказаться давать обеты перед алтарем, и в этом случае мы проведем несколько дней вместе, не будучи мужем и женой, а это вызовет такой скандал, которого вам не пережить. Однако стоит вам сказать слово, и венчание произойдет в Лондоне, и всем будет известно имя новой герцогини. Ну решайте, что вы предпочитаете?

Какой же у нее выбор, с горечью подумала Уитни. Побег уже сам по себе – достаточное нарушение правил приличия, но, если она вернется из Шотландии «мисс Стоун», заботливые мамаши будут силой переводить своих дочерей на другую сторону улицы при ее появлении, чтобы избежать встречи с девушкой с «запятнанной репутацией», и, кроме того, на нее обрушится презрение не только Пола, но и всех остальных мужчин.

– Венчание! – злобно прошипела Уитни, откидываясь на бархатные подушки сиденья.

Однако она тут же напомнила себе, что есть еще один выход – сбежать с Полом, хотя при мысли о побеге и последующем позоре и насмешках сердце ее облилось кровью. Она снова станет парией, изгоем, мишенью уничтожающей критики и открытых издевательств. Но по крайней мере она будет вознаграждена, став женой Пола.

– Уитни, – предупредил Клейтон с таким выражением, словно собирался как следует встряхнуть ее за плечи, – хотя бы раз в жизни забудьте о своей одержимости Севарином и попытайтесь по-настоящему понять, что у вас на сердце. Не будь вы так чертовски упрямы, давно бы все поняли!

Но в этот момент подлетел кучер, и Уитни проглотила язвительную реплику, хотя слова Клейтона преследовали ее всю дорогу домой. С тоской глядя на прямую как палка спину кучера, Уитни старалась разобраться в собственных смятенных эмоциях. Ей было это необходимо не только потому, что Клейтон обвинил ее в нежелании понять собственные чувства, но и потому, что она действительно оказалась неспособна сделать это.

Как могла она отвечать так бесстыдно на ласки Клейтона и в то же время всей душой желать выйти замуж за Пола? Почему была так потрясена несколько минут назад, осознав, что причинила боль Клейтону? Почему пришла в такое отчаяние, посчитав, что расстается с ним навсегда? Возможно, всему причиной робкая дружба, возникшая между ними и питаемая веселыми спорами и перепалками, доставлявшими такое удовольствие им обоим?

Дружба? Уитни горько вздохнула.