Руслан в Т-34 сапогами чувствовал, что переборки пропустили ледяную воду, и теперь от днища тянуло стылым холодом. Оказавшись на берегу, он выпустил воздух сквозь стиснутые зубы – добрались. Высунулся из люка командирской башни по пояс, пока короткая передышка, и поинтересовался:

– Как прошли? Воды не набрали?

В ответ раздался шепот Соколова:

– Сухо! Как по маслу прокатились.

– А у нас лягушки квакают, сейчас солью через нижний люк.

Сержант соскочил на дно, охнул от того, как прожгла студеная вода даже сквозь сапоги, рукой нащупал задвижку в плещущейся луже и рванул крышку эвакуационного люка, чтобы холодная жидкость вылилась на землю.

Соколов в ожидании замер, всматриваясь в темноту вокруг. Вот прав Бабенко, качественно немцы технику делают, что вода, что суша, все нипочем. Хорошо, что осталось совсем немного пройти, судя по карте, два с половиной километра, но каких. По левому флангу деревня, где часовые на постах могут услышать шум двигателей, а с правой, северной стороны идут поля бывшего колхоза без единого укрытия. Все же недаром говорят, что танки созданы для войны на дороге. Мощное орудие, крепкая броня толщиной в 45 миллиметров лучше всего пригодны для сражений на открытых пространствах с твердой почвой, а еще лучше на асфальте. Сколько раз он видел, как неопытный мехвод ломает машину, то отправляя ее в глинистый овраг, то ломая подвеску на большом препятствии в виде поваленного дерева.

Но сейчас все было спокойно, словно не на вражеский аэродром они направляются, а просто на коротком марше до ближайшего поселения. Танки поднялись по пологому берегу, прошли по колее до бывшего колхозного поля и свернули по указанию мальчика на щебнистую тропку, не видную под снегом. В такие минуты Алексей научился подавлять внутри волнение, чтобы не толкало на непродуманные решения. Все получится, мы уничтожим самолеты и не дадим немцам устроить бомбардировку мирных городов и сел перед отступлением, ради Оли, ради жителей нашей страны, ради тысячи жизней не остановимся ни перед какой преградой.

Федя скрюченными пальцами дернул за рукав башнера:

– Все, почти приехали, осталось 100 метров до площадки. Видите черные столбики? Это охранники на площадках таких, чтобы обзор был лучше.

Как и условились они до этого, по танковой броне запрыгали ноги в валенках. Шустрые мальчишки с канистрой из «тигра» бросились к небольшому бараку в отдалении, где отдыхала охрана. На четырех помостках, по углам небольшого аэродрома топтались часовые, задрав воротники от ледяного колючего ветра, который засыпал темное поле между ними снежной твердой крупой. Пара тусклых фонарей качались из стороны в сторону, освещая густую черноту ночи. Постовые даже головой не поводили вслед за лучом света. Что там может быть опасного в огромном заснеженном пространстве. Под брезентовыми маскировочными накидками можно было угадать, что за аппараты ждут своего часа на летном поле. Знаменитое подразделение люфтваффе всю войну являлось одной из сильных сторон армии Гитлера. Скоростные истребители «мессеры», бомбардировщики «хайнкели» и «юнкерсы», которые мало того, что наносили удары по наземным целям с крутого пикирования точно в цель, так при этом для устрашения во время сражения летчики включали сильный сигнал, похожий на страшный вой.