— Одну флягу отдали без второго слова за опохмелку нашего интернационального алкоголика. Вторую он прихватил с собой до будущего, — Яшка задумался, — или до прошлого, но не суть. Полфляги наш кашевар-террорист скормил несчастной тетерке, за которую так любезно ходили мадемуазель и ее красный друг. Потому ми имеем на обед лебедей в вине, то есть дичь в шнапсе. Полторы фляги ми налили фрицу, шобы проверить, имеем ми немецкого Зоммерфельда или таки русского…

— Это когда успели? — поинтересовалась Светка.

— Таки пока Ви с Грымом ходили до сбора цветочков, ми решили подумать за хорошую мысль.

— И каков результат? — спросил Костя.

— Таки он ни разу не из Тулы, — махнул рукой Яшка. — Сыграл жмура с половины фляжки. Просто позорит достойную фамилию!

— Ты же сказал полторы? — прищурилась Светка.

— Таки мы допили остальное. — равнодушно пожал плечами Любецкий. — Не пропадать же добру. Да и за упокой положено. Шоб лежал и не бродил.

— Шамси, — пожурил Костя, — мусульмане же не пьют.

— Я атеист, Грым-джан, — невозмутимо ответил таджик. — А кроме того, если бы Аллах не хотел, чтобы я пил этот шнапс, он бы мне его не послал.

— Так шо ми имеем четырех фляг, из которых по две до Вас с мадемуазель, пропорционально весовых категорий, — закончил подсчет на загнутых пальцах Яшка, — Так шо там за слова? Мине таки страшно хочется делать до гитары песню Яшки-Цыгана.

— Мда, — вслух посетовал Костя, — хреновый из меня командир. Совсем распустил личный состав.

— Костя, не будьте таким занудой! Никто же не говорит, шо ми работаем по шнапсу каждый день или против приказа. Но иногда это даже немного полезно. Да и шо значит полфляги для русского таджика? Таки наши немцы с литра спирта как стеклышко. Только звереют, шо твоих берсерков с мухомора! Лучше без второго глотка добейте свои фляжки, и снимем вопрос за неимением материалу. И закусите тетеркой в шнапсе, как в лучших домах ЛондОна и Пэриджа!

Яшка немного помолчал, перебирая струны, вполголоса пропел:

После этого Любецкий совершенно серьезным голосом спросил:

— Таки шо ми будем делать за этого непонятного гауптмана? Скажу Вам без второго слова, шо он меня волнует в самом плохом смысле!

— Зацепил? — поинтересовался Костя.

— Таки мене не нравится, шо за нами ходят таких людей. Если они хотели прийти до бодеги старого Соломона и поесть за компанию грибной похлебки, я не сказал бы противоречий. Но у них же есть таких причин иметь совершенно другие цели.

— Неладно с ним, — ответил Костя — В смысле, с гауптманом. Необычный человек, непонятный. Я Грымовой печенкой двойное дно чую. Если не тройное. А вот внятно объяснить не могу. Какие-то звериные инстинкты тревогу бьют. Ладно, хрен с ним. Вернемся в отряд, с мужиками поговорим, с начальством… Оставлять такого врага без внимания нельзя ни в коем случае. Нам дело не испортит, кому другому подгадит. Так что, пока он охотится на нас, мы поохотимся на него. Но без лишней спешки и скоропалительных решений. Тут уж только кнутом, луком и огнетушителем не обойдешься.

— Могу с Вами только согласиться, — кивнул Яшка, — таки желательно добавить пращу, пулемет и снайперку. Или бластер с оптическим прицелом. Жалко, шо березовый дрын уехал до будущего, после четвертой фляги он может решать и не таких проблем. Но, боюсь, тут был бы бессилен даже мой дед по папе, который мог на раз достать с неба луну, отломить от нее кусочек на память, а остальное положить, где взял, шобы никто не волновался.