— Ну че расслабились? — заорал Диерс на боевиков. — Нас не на пикничок за город вывезли. Собираемся, идём вон туда.

К западу виднелись лесистые холмы, курящиеся испарениями. Винтэр предположил, что наверняка то парят серные болота Яугона, так живописно представленные многими мечтателями-писателями. Спустя сорок минут группа достигла холмов, и предположение Оборотня подтвердилось.

ГЛАВА 31

— Ну что там? — тревожился кто-то из группы. Не смотря на обилие электроники «Химер» обычный полевой бинокль Диерса оказался как нельзя кстати.

— Тихо, похоже, — негромко ответил вампир. — Городишко вроде невредим. Но и необитаем.

К концу дня они преодолели около ста пятидесяти километров, из них большую часть на найденном среди фермерских амбаров грузовике. Теперь диверсанты лежали на вершине холма под прикрытием чахлых кустов полыни, вглядываясь в раскинувшийся впереди пейзаж: аккуратное поселение, типичное для Новой Англии, с рядами одинаковых белых домиков с красными черепичными крышами. Выделялся шпиль местного католического прихода, две водонапорных башни, кинотеатр или клуб в центре города и остроконечные башни мэрии. Вдали от города темнели пятна нефтеперегонного завода, а чуть ближе ютились барачные теплицы для выращивания овощей. По ту сторону города раскинулось обширное поле. На нем когда-то культивировали кукурузу, теперь же она росла дико. От города расходились лучами звезды три дороги: одна до нефтеперегонного завода, вторая — куда-то на север до самого горизонта, а третья шла как раз на запад, деля кукурузное поле надвое.

Сравнив показания системы глобального позиционирования, все еще работающей, с картой местности, Диерс доложил:

— Город Вильямтаун, если GPS не врет. Тут таких притонов для кукурузных плантаторов штук сто на квадратную милю.

— Выглядит мирно, — заметил Винтэр.

— На, посмотри, — вместо ответа предложил вампир.

Винтэр принял бинокль из рук напарника и стал разглядывать улицы и дома с увеличением. Сразу же стало ясно, что город спешно эвакуировали. Повсюду валялись брошенные или утерянные вещи, даже целые чемоданы. Машин было немного, но они стояли в основном поперек проезжей части. Некоторые стекла в супермаркетах и отдельных особняках побиты, вечерний ветерок колышет шторы и тюль. В углах улиц навален всяческий хлам, прибитый туда стихией за прошедшие годы, асфальт покрыт толстым слоем земли, разметка на нем едва угадывается. Все признаки говорят об одном: город давно и окончательно покинут; в нем нет ничего и никого.

— Пойдем, что ли? — предложил Диерс. — У меня пузо заныло от земли.

Группа поднялась, ощетинилась автоматами и неспешно двинулась к Вильямтауну. Грузовик было решено бросить на холме, понадеявшись раздобыть более быстрое (и чистое от говна, как сетовал Диерс на навоз) транспортное средство. Вскоре бойцы уже ступили на крайнюю улицу города, их ботинки оставляли неглубокие следы в глинистом налете асфальта. Ничего подозрительного никто не замечал, никаких мертвых, живых или инфицированных здесь не наблюдалось.

Диерс, забавляясь крестиком прицела, двигающимся по тонированному забралу «Химеры» соответственно с положением автомата, махнул рукой на здание церкви, когда оно показалось на виду. Длинная серая коробка с покатой крышей и шпилем у дальнего края, массивные темно-красные двери с резьбой, основание церкви красиво украшено каменной кладкой. Под самой крышей темнели узкие оконца, всего по пять штук с каждой стороны. Фасад украшали две колонны, поддерживающие сводчатую арку. Типичный, как признался один из диверсантов, католический приход Центральной Америки. Диерс шикнул на болтливого подчиненного, жестами указал бойцам обойти приход по периметру, несколько человек оставил контролировать прилежащую улицу, а сам вместе с Винтэром прокрался ко входу вовнутрь.