— Аристократ не может стать вассалом другого аристократа, — негромко произнес Димон, почесывая щеку. — Только если откажется от своей фамилии. Но о подобном я не слышал. Поэтому, если все действительно так и есть, то ты становишься своего рода неуязвим от посягательства высокородных. Заставить тебя вступить в семью они не смогут. Угрожать твоим близким больше незачем. Я только не понимаю одного.

Мы все, не сговариваясь, повернули головы к нему.

— Процесс принадлежности к роду прост. Обычно делают слепок. У рожденных сила циркулирует внутри семьи, это вроде как…

— Образец ДНК, — помог я Байкову.

— Именно. Но что будет делать Конклав? Предки у тебя магами не были. Соответственно, никаких похожих слепков нет. Если только…

— Что если только?

— Не сохранилось фамильного имения. Помнишь, как ты ко мне приехал? Увидел какие-нибудь защитные заклинания или руны?

Я постарался вспомнить, но ничего подобного в памяти не всплыло. Поэтому отрицательно помотал головой.

— Вооот! — протянул Димон и для верности поднял палец вверх, призывая наш высокий потолок с люстрой в свидетели. — А они есть. Почему я говорил, что ко мне в имение не сунутся? Чтобы напасть на дом хорошего мага надо быть обвешанным с ног до головы разной защитой. Или быть попросту невменяемым. У благородных же не имения, а неприступные крепости.

— Ты забываешь одну простую вещь. Если это все так, как говорит Мишка и мои прапра действительно были аристократами, они не умели чародействовать. Поэтому о какой защите идет речь?

— О магической. Самой обычной. Представь, что ты Маугли. Маленький мальчик без когтей и острых клыков посреди диких хищников. Думаю, ты точно захочешь обзавестись «железным зубом». Аналогия понятна?

Я кивнул.

— Маугли это из Киплинга, — начал по доброте душевной объяснять Рамику Мишка. — А «железный зуб»…

— Да знаю я, кинжал, — ответил тот. — Я помню. Мультик смотрел.

— Что у вас опять происходит? — с нотками легкой истерики в голосе, спросил Зайцев.

Он как раз замер на пороге, не решаясь зайти. Как только благородный узнал нас получше, то понял одну простую истину — если мы собираемся вместе, то явно последует какой-нибудь факап. И надо сказать, он был недалек от истины.

— Леха, да все нормально. Вот письмо из дома пришло? — мельком показал я конверт и сразу же убрал его в пространственный карман. Ненароком прочитает еще. — Просто, собрались, обсуждаем то да се.

— Ну ладно, — сделал вид, что поверил Зайцев. Видно, тот перфоманс с окровавленным Димоном произвел на него довольно сильное впечатление. А в отговорку, что Байков испытывал новый амулет, он не поверил. Кстати, об амулетах.

— Дима, можно тебя на минутку? — уволок я Байкова в сторону. — Тот артефакт, который ты сделал на основе моего заклинания. В общем, я хочу его оставить. Практика показала, что он довольно эффективен от мелких пакостников. Димон, как договариваться будем? Во сколько ты артефакт оцениваешь? У меня одиннадцать монет. Еще две будет через несколько дней, когда стипендию дадут.

Байков лишь на мгновение посмотрел на меня со странным выражением лица. Было там что-то с нотками удивления и возмущения одновременно. А потом ответил спокойно, как умел только он.

— В девять золотых терновских монет. Ровно столько, сколько я потратил. Да не смотри ты на меня, не думал же, что я буду на тебе наживаться? Мне надо было посмотреть, как проявит себя артефакт. Получится ли сделать устойчивую структуру поля. Все вышло.