— Зато идут всю ночь, чтобы спасти непутевого волшебника от дракайны. Итак, я повторю вопрос. Зачем тебе нужен лунный камень?

Спрашивала вроде Катя вполне доброжелательно, однако шипы довольно недвусмысленно приблизились к телу. Один к горлу, другой к штанам. И не поймешь, какого стоит больше опасаться.

— Хочу навести шороху среди нечисти. Чтобы возобновили практикум.

— И зачем? — чуть наклонила голову Катя, наблюдая не за мной, а за растением.

— Тогда мы выйдем на первое место. И нас будет чествовать Предстоятель.

Зыбунина прожгла меня зеленью своих глаз. Словно пыталась испепелить на месте.

— Только не говори, что вы собрались устроить покушения на Уварова.

— Хорошо, не буду, — легко согласился я.

— Максим!

Меня обожгло силой, которая выплеснулась от ведьмы. Катя разозлилась. Нет, не так. Зыбунина была в бешенстве. Того и гляди, сейчас утратит контроль и шипы немного испортят мне штаны. Со всем содержимым.

— Я дала тебе максимальную защиту, какую только могла. Условие было одно — не лезь к Уварову!

Хрупкая девочка Катя вдруг превратилась в сгусток гнева. Меньше всего сейчас хотелось с ней спорить. Но все же подискутировать явно придется.

— Уваров психопат, — ответил я ей. — Сегодня он решил объявить войну, которую тут же закончил, завтра придумает что-нибудь еще. И хуже того, что мы становимся его марионетками. Тебе хорошо, ты уйдешь после школы в свои леса, а мне придется работать в МВДО. Другими словами, на него.

— Ты не понимаешь, Максим, — с какой-то усталостью и отрешенностью сказала она. — Он опасен не столько из-за своей силы. Уваров идеальный хищник. Умный, мощный, выносливый. Он умеет ждать, когда надо, умеет ударить без сожалений, готов на любые жертвы. Переиграть Уварова может только Уваров. А все, кто выступят против него, обречены на провал.

— И все-таки мы попробуем.

— Вы… — на щеках Кати появился какой-то нездоровый румянец. — Это все из-за нее?

— Женщины обладают удивительным качеством воспринимать все на свой счет, — улыбнулся я. Правда, скалился недолго. Ровно до тех пор, пока не услышал звук рвущейся ткани. После чего затараторил. — Нет, не из-за нее. Это мое решение. Уварова надо остановить, пока не слишком поздно.

— И все-таки, ты совершаешь очень большую ошибку, — сказала Зыбунина. — Ты не можешь предугадать всего развития событий и не готов к последствиям.

— Я готов пожертвовать своей жизнью, чтобы убить этого психопата, — старался я ответить как можно спокойнее.

— Этого недостаточно, — сказал Катя.

А потом тиски растения разжались, и я рухнул на дощатый пол. Проверил штаны — так и есть, разрезаны в самом любопытном месте. Интересно, скажи я, что все действительно из-за Светки, прошел бы шип дальше?

— Бери свой лунный камень, — сказала Катя, щелкнув пальцами.

Ее кровожадное растение будто только того и ожидало. Оно встрепенулось, еще плотнее сдавив дракайну, и испустило сотни шипов. Брызнула темно-красная кровь и тело змееженщины распалось на множество бесформенных обрубков. И это было не так страшно и противно, как расчлененка верхней части туловища. Почему-то человеческие останки вызывали более сильное отвращение.

— Это было обязательно?

Вообще-то на дракайну у меня имелись свои корыстные планы. Кощунство разбазаривать такие источники силы, когда в Иномирье скотина не кормлена. Говорить про это Зыбуниной, конечно, я не собирался, но недовольство в моем голосе сквозило. Катя восприняла его по-своему.