— Дракайне подчиняются все змеи в округе. Иными словами, пока она жива и в сознании, ты бы не сбежал. А перемещаться отсюда, — Катя поморщилась. — Неровен час балка какая-нибудь при касте упадет. К тому же, даже если бы ты похитил камень, она поползла бы к новому магическому источнику. А вот что или кто им бы оказался, другой вопрос. Сила же как наркотик, один раз попробуешь, больше никогда не сможешь отказаться. Как думаешь, почему опустошенные устраиваются на работу в Министерства? Пытаются быть поближе к силе, в надежде, что когда-нибудь она вдруг вернется. Ладно, хватит болтовни. Бери банника и давай выбираться наружу.

Катя оказалась права. Убийство дракайны не прошло даром. Большая часть змей проснулась и теперь недовольно шипела, впрочем, не находя для своей агрессии конкретный источник.

— Эти расползутся, как теплее станет, — успокоила меня Зыбунина. — Перемещаемся?

— Позволь я, — решил я немного побыть джентльменом. — Ты и так потратила уйму сил.

Аппарация прошла без всяких эксцессов. Вот только что мы любовались с высоты полуразваленного дома на землю, кишашую змеями, и вот уже стоим в захламленной комнате верхнего этажа школы.

— Спасибо, Катя. Я хотел бы попросить тебя не говорить никому о том, что сейчас сказал.

— Ты не отступишься, — грустно ответила ведьма. — Что ж, наверное, так и должно быть. Глупо было бы ожидать от тебя другого. Хорошо, дай мне время.

— Э-э-э, на что? — спросил я, но Зыбунина уже вышла из комнаты.

— Так, а где гадюка? — почему-то открыл только один глаз банник. — Куда заползла?

— Потапыч, ты обладаешь редким даром проявлять доблесть и отвагу, когда ситуация этого уже не требует. Мертва гадюка.

— Что, совсем? — оглядывал комнату банник, видимо, не до конца веря моим словам.

— Чуть-чуть.

— А камень?

— Вот он, — достал я лунник и повертел перед носом приживалы.

Банник скривился, точно у меня в руках оказалась коровья лепешка.

— Давай думать, где камешек разместим. Может, в лесу? Там обычно тренировки проходят, сил всегда тратится уйма.

— Помимо ваших тренировок там проходят и лешие тропинки. Да и сам леший. Если он взбесится, худо будет всем, — зарубил мое предложение Потапыч.

— Тогда в Доме Чудес, мы же там практикуемся в заклинаниях.

— Ты на хромой кобыле хочешь Полтавы до Выборга за ночь доехать, — фыркнул банник. — Там у Якова вашего Петровича животина всякая заперта. Как бы не выбралась по зову камня-то. Уж лучше во дворе закопать. Да, насыщаться станет хуже и медленнее, но тише едешь — дальше будешь. Так хозяин?

Я ничего не ответил. Все было так, да не совсем. Времени как раз оставалось в обрез. С другой стороны, Потапыч прав, только полоумного лешего, которого называли не иначе, как «лесным богом», мне для полного счастья и не хватало. Да и в кабинете у учителя мифологии могло обитать действительно что угодно. Поэтому немного поколебавшись, я решил спрятать лунник ближе к Башням.

Для опытного мага земли, который рыл нужник в собственном имении, даже лопата не понадобилась. Почва расступилась, приютив на время лунный камень, я отправился со спокойной совестью спать, решив хоть немного восстановиться перед тренировками.

И надо отметить, что с лунником все оказалось гораздо быстрее самых смелых ожиданий. К вечеру следующего дня Елизавета Карловна собрала все курсы и настоятельно порекомендовала (читай, запретила), временно выходить за территорию школы. Потому что нечисть как-то странно активизировалась.