— Ничего не знаю, — я хотел уже пойти наверх, там, поди, Рамиль весь извелся. Но неожиданная мысль вдруг посетила буйную голову. — А насколько сильно зависит Конклав от Совета?

— Если только в финансовом плане, — ответил Аганин. — Почти у каждой семьи есть свои люди на определенных должностях в Конклаве для отстаивания своих интересов. Но это обычная коррупция. Без сильного влияния на деятельность Конклава. Что? — посмотрел он на буравившего его взглядом Куракина. — Это и так все знают.

Я его понял. Отмазать своего человечка, если потребуется. Или попробовать совместно с другими семьями продавить один-другой закон. По мне, так это и есть влияние.

— А существует ли вероятность полной потери власти Конклавом? Когда он перестанет все контролировать.

— При добровольном обращении к Охранителю Предстоятеля и сложении последним полномочий в связи с невозможностью выполнения своих обязанностей, — как по учебнику ответил Горленко. — Этот пункт ввели при создании Конклава, чтобы перестраховаться. Но ни разу им не пользовались.

— Ничего странного не заметили? «Оборонников», которые зашиваются, разных диковинных тварей, взять того же жердяя. Они же вроде детей пугают, а не убивают немощных.

— Ты хочешь сказать… — насупился несообразительный Тинеев.

— Ничего я сказать не хочу. Сами выводы делайте. А я завтракать пошел. Чего и вам советую.

Я бегом поднялся по лестнице, хотя есть хотелось меньше всего. Маг вне категорий, который собирается подмять под себя Конклав. Это можно было бы сделать попросту купив всех высокопоставленных чиновников и министров. Но это процесс долгий и сложный. К тому же, Уваров явно не хочет быть серым кардиналом. Тем более сейчас, когда его сила неизмерима с мощью прочих волшебников. Куда быстрее провести глобальную силовую акцию. И пока он будет нагибать Предстоятеля, нами станут затыкать щели в тонущем корабле. От подобной перспективы во рту разлилась горечь, точно я разжевал и проглотил листья полыни.

— Ну вот, я же говорю, его благородство испортило. Ему домовой должен в ножки кланяться, только после этого барин изволит пожрать явиться, — нудил Рамиль.

— Рамик, будь другом, заткнись. Вы какими судьбами здесь? — обнял я друзей.

Странное дело, не виделись несколько недель (пока нас Коршун готовил к вызову), а ощущение, будто пару месяцев прошло. Впрочем, ни Байков, ни Максимов не изменились. Разве что приоделись. Мишка был в длинной мантии, а Димон в магических защитных доспехах из зачарованной кожи. Я видел несколько артефакторов возле их Башни в таких.

— Нам практикум поменяли. Сказали, что короткое время придется поработать в поле, — Димон не пытался скрывать, что расстроен. — А это значит, что никаких артефактов и денег. Мне и так требовалось немало времени, чтобы раз в неделю перемещаться сюда на выходные и окучивать первашей для обмена терновского золота.

— Деньги — это всего лишь деньги. Не о том вы беспокоитесь. Что у вас за группа, кто лидер?

— Я, — лицо Байкова стало еще кислее, — повезло так повезло, сплошь ведьмаки и артефакторы.

— Я слышал, среди артефакторов иногда попадаются неплохие маги, — толкнул я Димона в бок. И с надеждой добавил. — А Тихонова не вернулась?

— Целителей не отзывали, — ответил Мишка. — А чего вообще все так всполошились?

— В общем, сейчас расскажу в двух словах, что происходит.

В двух не получилось. Хотя и напоминал себе артиста, который ездит по гастролям и из раза в раз поет одну и ту же песню.