Рэйвен оцепенела. Никогда в жизни ее так не оскор­бляли! Ей бросили в лицо ее любовь за ненадобностью, отвергли и заставили почувствовать себя навязчивой иди­откой! Она открыла было рот, но поняла, что не может произнести ни слова.

Худое красивое лицо стоявшего перед ней мужчины казалось бесчувственной маской, разве что на щеке под­ергивался нерв. Внезапно Шарль повернулся и быстро зашагал прочь. Стряхнув с себя оцепенение, Рэйвен вскрик­нула и бросилась следом за ним. Но ей мешали юбки, а он шел слишком быстро. Да и слезы застилали ей глаза.

Вскоре Рэйвен потеряла его из виду. Она останови­лась и, закрыв лицо руками, тихонько заплакала.

Глава 12

На пустынных извилистых улочках, открытых взгляду с террасы, все было спокойно. Торговцы тканями, фрук­тами и гончарными изделиями давно упаковали нераспроданные товары и покинули свои будочки и прилавки. Площадь, еще недавно заполненная шумными покупате­лями и смеющимися зрителями, громко аплодировавши­ми трюкам дрессированного верблюда, тоже опустела. Лишь бездомные собаки бродили в поисках съестного, да несколько нищих нашли себе приют у покинутых бу­док. Воздух был прохладным, северный ветер окреп и свирепо посвистывал. Но Дмитрий, уютно расположив­шийся на террасе, не чувствовал его, прекрасно защи­щенный оградой из песчаника.

Жизнь прекрасна, думал Дмитрий. Да, она кипела, постоянно преподносила сюрпризы, неустанно требовала усилий, зато удовлетворяла твои желания, если ты про­являл настойчивость, и никогда не надоедала. Оказаться бы сейчас на борту «Звезды Востока»! Как же ему хо­телось взобраться по вантам повыше, чтобы ветер взъеро­шил волосы и бороду, а внизу пенился океан! Но клипер был далеко, так что Дмитрий вполне удовлетворился бу­тылкой рома и мыслью о том, что прекрасный «Кохи­нор» ожидает его в Оудхе. Завтра утром он продолжит поиски, начавшиеся за тысячи миль отсюда, в далекой Англии, а сейчас он блаженствовал, мечтая об алмазе и вспоминая свою маленькую принцессу. Интересно, как у нее дела? Пожалуй, надо будет купить в подарок какое-нибудь украшение из изумрудов, как только он доберет­ся до алмаза.

Да-а, жизнь прекрасна, но и не без неприятностей. Если приобретаешь что-то ценное, всегда взамен что-то теряешь. Дмитрий вынужден был признать, что ему горь­ко терять старого друга, Шарля Сен-Жермена. И свер­шалось это не по его воле, упаси Бог! Но как можно дружить с человеком, в которого словно дьявол вселился: все ночи напролет он не спит, вышагивает по комнате до самого рассвета, а потом яростно набрасывается на тебя из-за любого пустяка? Невозможно даже спросить хоть что-нибудь, не говоря уже о том, чтобы потолковать по душам. Дмитрий подозревал, что на Шарля сильно пов­лияло объявление о помолвке Рейвен с кузеном, – сам Дмитрий при этом не присутствовал, а мог лишь строить догадки.

Но стоило ему заикнуться об этом в разговоре с Шар­лем, как тот сообщил своему первому помощнику – быв­шему первому помощнику, – что «Звезда Востока» больше не нуждается в его услугах и он может убираться ко всем чертям с утра пораньше! Дмитрий никого в жиз­ни еще не упрашивал, а потому лишь коротко кивнул и смягчил нанесенный Шарлем внушительный удар по са­молюбию бутылкой замечательного рома. Сидя на тер­расе на мягкой подушке с золотыми кисточками, он поднял над головой бутылку, как бы посылая прощальный при­вет своему бывшему капитану и ближайшему другу.