Значит, ему необходимо осмотреть и опросить людей в прибрежных деревнях, пообщаться с Шангсом и Тышем, они уже несколько дней заняты поисками, и, в самом худшем случае, наведаться в Фаргон, захваченный огненными. Мелочь. Для супермена. Или для Бэтмена. А вот некому Восу придётся всерьёз потрудиться. И это ещё в том случае, если Лития, испуганная придурками Зерионы, не предложит плыть аж до прибрежного города.

Маг ещё раз вздохнул, душевно обругал странного, похожего на чёрно-зелёную белку зверя, посмевшего в неподходящее время запищать из хвои, и стремительно взлетел над лесом.

О том, как ему искать Сидону, когда поиски Владимира увенчаются успехом, Вос старался даже не думать. Характер лери он знал прекрасно, и если она не обнаружит сына в Дуоне, вполне способна продолжить поиски в океане.

Что может быть противнее, чем посчитывать убытки? Только прикидывать повреждения, полученные кораблём. Любой Капитан, достойный своего звания, предпочтёт получить серьёзную рану, защитив собственным телом часть своей деревянной души. А тот, кто в очередной раз едва не утратил эту самую часть, ещё долго будет с ужасом обходить пристань, попытавшуюся отнять у него самое дорогое.

Капитан Фаминар имел стойкую репутацию неудачника. Нет, никто не посмел бы утверждать, что он плохой маг, нечистоплотный делец или неаккуратный хозяин судна. Он ничем не уступал прочим в водном искусстве, заботился о команде и корабле, аккуратно прокладывал курс и чутко слушал песни воды, чтобы не прозевать бурю или подъём кракена. Но было ещё что-то — перст судьбы, благоволение богов или чутьё на удачу, отличающее Зейниара и нескольких других собратьев-конкурентов, и упрямо подкидывающее неприятности бедолагам вроде Фаминара.

Началось это ещё в юности, когда старые капитаны выбирали себе учеников. Не хотелось бы верить, что не обошлось без интриг и взяток, но отчего-то один из самых перспективных мальчишек больше года не мог найти себе наставника. Один за другим Капитаны разводили руками — сам на мели, полный штат, извини, мне сейчас недосуг… И пришлось идти в обучение к старику Иноритару, спившемуся и опустившемуся скряге, совершающему рейсы в пять-шесть переходов.

Как не просто пришлось на борту, где Капитан вечно пьян, команда ленива и избалована, а первый помощник, — бездельник Ивогир, озабоченный только внешностью, да женщинами. Не будь повеса сыном Иноритара, сохнуть бы ему на берегу, неумехе!

Фаминар работал, как проклятый, учился, занимался кораблём, вёл тихую войну с командой — и за десять лет "Бурый альбатрос" из старой калоши превратился в образцовый корабль. Под конец он, практически выполняя обязанности Капитана, даже сделал пару рейсов на остров Гиро, оплатив накопившиеся долги корабля и произведя давно откладывающийся капремонт. Но традиции жестоко посмеялись над честолюбивым юношей, именно глупец и неумеха Ивогир, как водный маг, дольше всех прослуживший на корабле, стал Капитаном "Альбатроса", и первым делом избавился от опасного конкурента. А уже через месяц умудрился разбить судно о рифы, утопив всю команду и обоих мальчишек-помощников, так и не успевших ничему научиться.

Корабль Фаминар оплакивал больше, чем смерть пьяницы Иноритара, а его непотопляемого сынка едва не придушил при встрече, здорово подпортив свою репутацию.

Несколько лет подряд он кочевал помощником с корабля на корабль, пока не получил, наконец, собственное судно, должно быть, старейшую посудину, всё ещё держащуюся на плаву, "Золотую медузу", чей возраст давно перевалил за две сотни лет! Все его сбережения ушли на ремонт и обновление заклинаний, такой огромный корабль не зачаровать в одиночку.