А стоило ему освоиться, и начать получать настоящий доход, перевозя больше грузов за рейс, чем любые два других корабля, грянула война с огненными. Несчастная "Медуза" пала смертью храбрых, как и два других корабля, прикрывавших эвакуацию жителей Прибрежного… Фаминар сражался, как морской демон, вымещая всю накопившуюся ненависть, пытаясь гильдейцев заставить заплатить за свои неудачи. Он стал одним из признанных воителей вод, его наперебой приглашали Капитаны, ходящие в опасные места, но непросто в таком возрасте опять становиться помощником, пусть даже и самым что ни на есть первым. Тем более, что Капитаны спешно избавлялись от помощника, знающего и умеющего больше, чем они сами. И как не противно было Фаминару вспоминать своего наставника, всё чаще он сам топил горе в вине.

Явление Воса сыграло свою роль в судьбе неудачливого водника. Зазнайка Зейниар, собираясь в поход, вспомнил об известном бойце, грозе огненных, и озаботился поисками, приведшими авантюриста в "Глотку кракена", самый низкопробный кабак приморского. Сцену вербовки потом пересказывали, как анекдот, и Фаминар предпочитал не верить в большую часть истории, но факт оставался фактом — он протрезвел уже на корабле, и там же выяснил, куда идут.

Поход был не прост, и Зейниару не справиться бы с его тремя молокососами без опытного помощника. Судьба, казалось, улыбнулась ему, и Фаминар даже согласился на облегчённое, приспособленное для реки судно, лишь бы поскорее вновь стать настоящим Капитаном, владельцем, подвластным лишь судьбе!

Но должно быть, чаша бед испита не до дна! Стоило неудачнику расслабиться, как коварные демоны морских бездн подготовили новую бурю. И только боевой опыт и осторожность многажды битого морского волка спасли "Форель" из смертельной ловушки, в которую вдруг превратился сонный и приветливый Фаргон.

Всё шло, как обычно. Прибытие, встречи с партнёрами, визит вежливости от городского совета и от Гильдии воздуха (Зериона обнаглела, соплячка, не сама явилась, прислала одного из старших учеников), выполнение старых обязательств и заключение новых договоров. Обычный торг и не менее обычные жалобы на произвол совета и интриги прощелыги Солипса. Плановый сеанс связи с прибрежным и Милерумом. Традиционная чаша вина в знак завершения дневных трудов и такое же традиционное, но от того не менее искреннее предложение отметить прибыльную сделку.

Фаминар сам не смог бы сказать, что его насторожило и заставило отказаться от приглашения, даже с риском обидеть самого надёжного партнёра. Может, то, что стража излишне суетилась? Или странная задумчивость советника, заведшего, было, речь, о поставке синего жемчуга, и внезапно оборвавшего почти прозвучавшее предложение. Чем-то пахло в Фаргоне, чем-то очень неприятным, но уловить это мог только очень потрёпанный жизнью и обиженный на судьбу человек.

Капитан презрел традиции, и остался на борту, мало того, не пустил на берег помощника и большую часть команды. По-хорошему, никого бы не отпустил, да за время беготни по Фаргону самые недисциплинированные уже рассосались по кабакам. И пусть матросы ворчали, а помощник — наглый и самоуверенный сопляк шестнадцати лет от роду, клялся, что сразу по возвращении в Прибрежный, подыщет себе более приличного Капитана, но когда в городе разом полыхнули пожары, "Форель" не оказалась беззащитной.

Фаминар знал, что долго ещё в страшных снах будет видеть, как прогибается его водный щит под напором сразу четверых огненных, а Тигис, недоучка, самоуверенный балбес, за четыре года так и не научившийся слушать воду, с маху садит несчастную "Форель" на мель. Это чувство многим знакомо по кошмарам — ты делаешь всё, что можешь, но опасность неотвратима, и огонь вот-вот поглотит твой речной кораблик. Хотя, как знать, не посади растяпа-помощник судно на мель, может, и продавили бы четыре мастера щит одного Капитана.