Мастер, выругав своих трусливых подчинённых, метнул в мальчика огненную сферу. Порождения враждебных стихий сошлись, когда Владимир парировал заклинание водяным клинком. Близкий взрыв отбросил ребёнка, как пушинку, и обдал горячим паром. И хотя ему удалось не только удержать контроль над скованной артефактом жидкостью, но и на ногах удержаться, Владимир понял, что ещё одно-два таких усилия, и он просто потеряет сознание на радость врагу.

Он невольно оглянулся на Литию. Плохой из него вышел защитник. Даже сейчас он слишком далеко, чтобы одним ударом избавить няню от мучений и позора плена. Остаётся только попытаться достать ещё кого-нибудь, а следующее заклинание разошедшегося мастера не парировать, а встретить грудью, как подобает лиму.

— Может, всё же стрелой, мастер? Если аккуратно, в руку, только чтобы эту пакость выронил. Жить будет, а руки для пленника — не главное.

— Не лезьте, глупцы! Он нужен, как заложник, не стоит калечить раньше времени! Я только шкурку ему чуть припалю, чтоб был поспокойнее…

Переутомление сыграло с ним дурную шутку. Вдруг в глазах всё расплылось, потекло. Злое лицо вражеского мага, сворачивающего новое заклинание, нерешительно топчущихся на месте наёмников, темную фигуру, скользящую над самыми крышами домов. Владимир закрыл глаза, и услышал — за злыми голосами, звоном оружия, всплесками воды — знакомую песню воздушных перьев.

Несгибаемый боец, наследник грозного государства, пятилетний измученный мальчишка сел прямо на доски причала и позволил, наконец, растечься водному мечу. Мокрым рукавом оказалось очень удобно отереть лицо. Настоящие лиму не плачут никогда, даже от облегчения.

—

Когда-то, ещё мальчишкой Василий с удовольствием смотрел "Звёздные войны", и одним из любимых моментов был полёт повстанцев над рельефной поверхностью звезды смерти. Тогда это было захватывающим зрелищем, и предложи кто — не раздумывая согласился бы поучаствовать в этой авантюре. Кто мог предположить, что годы спустя ему придётся испытать нечто подобное.

Тёмные крыши перемежались с провалами улиц, двориков и переулочков, флюгера, шпили и прочие высокие украшения проносились в опасной близости от наездников ветра. Крепко прижатый к груди найдёныш временами начинал повизгивать от восторга, даже не задумываясь, чем может обернуться столкновение со стеной дома на такой скорости.

Увидев очередную широкую улицу, Вос не раздумывая нырнул в проём. Чуть в стороне очередной "рокетбол" с грохотом ударил в крышу. Разъярённые провалом ловушки, подчинённые Тирума разошлись не на шутку. И если попытку окружения воздушник предвидел, то атака сверху оказалась неприятным сюрпризом. Несколько молодых отчаянных мастеров влезли на крыши, и сейчас яростно обстреливали увёртливого быстрого противника, не задумываясь, чем это грозит Фаргону.

Если бы Вос не спешил к порту, чтобы выяснить, кого там поймали, давно набрал бы высоту, как его неизвестный друг, нашумевший позади. А так пришлось устраивать полёт под обстрелом, и нагрузка в виде спасённого мальчишки задачи не облегчала. Оставалось надеяться, что огненные не желают порчи своей собственности, и часть мастеров займётся тушением пожаров.

— Река! — Мальчишка в очередной раз попытался устроиться поудобнее, и едва не вывернулся из рук Воса. Маг выругался, и только в последний момент успел чуть набрать высоту, чиркнув по крыше носками кроссовок.

— Держись, балбес, ты хоть представляешь, что бы от тебя осталось, если бы упал?

— Огненный!

В этот момент Вос увидел пристань, два тела на некотором расстоянии друг от друга, нескольких наёмников и мастера огня, собирающегося запустить что-то на редкость убойное в маленькую мокрую фигурку.