– Давайте посмотрим, нет ли здесь воды, – предложил Росторн.

– Давайте, – сказала Джули и зашла в одну из хижин.

Внутри почти не было мебели, стены были голыми, но чистыми. Она заглянула в каморку, которая, несомненно, служила кладовой, но там было хоть шаром покати. Другая хижина оказалась столь же пустой, и когда она вышла из нее, то увидела Росторна, на лице которого было написано разочарование.

– Эти люди бежали отсюда, – сказал он. – Они либо забрали все с собой, либо схоронили свои пожитки где‑нибудь. – Он показал Джули бутылку. – Это ром. Утолять им жажду я не рекомендую, но, возможно, он нам пригодится.

– Они убежали от войны, как вы думаете? Или от урагана? – спросила Джули.

Росторн поскреб небритую щеку.

– Трудно сказать. Наверное, от войны, впрочем, какая разница.

– Здешние жители должны же были где‑то брать воду, – сказала Джули. – А что там? – она показала рукой на тропинку, сбегавшую куда‑то вниз, вдоль кромки поля. – Посмотрим?

Росторн был в нерешительности.

– Наверное, не стоит тут расхаживать, это опасно. Думаю, надо продолжать путь.

Когда кончились поля, идти стало труднее. Земля стала сухой и каменистой, чахлые деревья, причудливо извиваясь, прижимались к скалам, обнажая корни, о которые постоянно спотыкались путешественники. Склоны холмов стали круче, повсюду были пыль и камень, редкие кочки колючей травы, а мягкую плодородную землю, если она когда‑нибудь была здесь, давно смыли вниз потоки дождевой воды.

Они вышли к вершине гряды и увидели перед собой другую, еще более крутую и высокую.

– Интересно, там есть ручей? – спросила Джули, глядя вниз с разочарованием.

Спустившись в долину, они, действительно, увидели русло, но высохшее, без малейшего признака воды. Пришлось идти дальше, и миссис Вормингтон стали оставлять силы. Она давно уже потеряла свой задор, и ее страсть к нравоучениям теперь проявлялась в невнятном ворчании. Джули безжалостно подгоняла ее, не позволяя себе ни на минуту забыть о том, что совершила эта женщина, а Росторн вовсе не обращал на нее внимания – ему и так тяжело было тащить свое немолодое тело по пыли и бездорожью.

Они вновь поднялись наверх и там обнаружили, что местность стала более пологой. Землю покрывал слой почвы, и растительность была несколько свежее и лучше. Они опять наткнулись на небольшое заброшенное селение, расположенное на поляне среди кустов, и обследовали его, но опять ничего не нашли. Росторн, гляда на короткие полоски сахарного тростника и маиса, сказал:

– Скорее всего, полив тут осуществлялся дождями. Что ж, очень скоро они тут будут в изобилии. Обернитесь назад.

Джули увидела, что южная часть неба почернела от облаков, а солнце окуталось серой пеленой. Стало значительно холоднее, и ветерок превратился в настоящий ветер. Вдали, как казалось, очень далеко, по‑прежнему слышались раскаты орудийной стрельбы, но сейчас они почему‑то не производили на Джули впечатления.

Росторн был очень обеспокоен переменой погоды.

– Теперь мы не можем останавливаться, – сказал он. Нам нужно перейти вон тот хребет, – он показал рукой на еще более высокую гряду. – За ним – Негрито.

– О Боже, – пролепетала миссис Вормингтон. – Я не могу, я просто не могу.

– Вы должны, – сказал Росторн. – Нам во что бы то ни стало нужно оказаться на северной стороне этой гряды. Пошли.

Джули подхватила миссис Вормингтон под руки и подняла ее. Когда они покидали селение, Джули посмотрела на часы. Было половина пятого.

В половине шестого они перешли плато и были на полпути к вершине гряды. Ветер стал шквалистым, и стало быстро темнеть, гораздо раньше, чем обычно, облака превратились в плотную массу над ними, но дождь еще не начинался.