Кавецки был уже у люка, поторапливая своих солдат.

— Какого черта вы ждете? — ревел сержант. — Особого приглашения? Поскорее вылезайте из этого ведра с болтами и ищите укрытие.

Нэш тоже собрался спрыгнуть на замерзшую землю, но вдруг обнаружил, что не может двинуться с места. Его ноги понимали, что нужно делать, но это не имело значения. Они отказывались подчиняться командам головного мозга.

Нэш беспомощно смотрел на то, как солдаты проходят мимо, не обращая на него никакого внимания. Когда последний «часовой» покинул борт СВВП, химерианская пуля пробила обшивку и пролетела в дюйме от носа Нэша. Это напугало его еще больше, достаточно для того, чтобы ноги пришли в движение и понесли его к люку.

И все же он не забыл схватить тяжелую сумку и сбросить ее на землю впереди себя.

Хейл выпрыгнул из люка одним из первых. Присев на корточки, он быстро огляделся по сторонам, не обращая внимания на фонтанчики земли, которые выбивали вокруг него пули. Увидев рощицу, махнул в ее сторону рукой.

— К деревьям! — крикнул Хейл, указывая бойцам на густые вечнозеленые заросли. — В укрытие!

Один солдат, рядовой Лэнг, получил пулю в ногу, и его пришлось оттаскивать под ненадежное прикрытие деревьев. Санитар вмиг обработал рану, которая уже начала заживать.

Хейл было собрался бежать к рощице сам, но тут увидел, как Нэш выбросил из люка сумку. Нэш должен был бы покинуть самолет первым, а выбирался последним. Сердито выругавшись, Хейл подхватил сумку и вместе с командиром устремился к деревьям.

Заревели двигатели, винты «Бетти Буп» на мгновение подняли снежный вихрь, и самолет взмыл в воздух.

— Дадите мне знать, когда веселье закончится, — послышался в наушнике голос пилота, — и я, так и быть, прилечу за вами.

СВВП развернул винты горизонтально и скрылся из виду.

Хейл и Нэш добежали до рощицы. К этому времени остальные солдаты уже заняли оборонительные позиции.

— Что это такое, черт побери? — проворчал Хейл, бросая сумку к ногам Нэша. — Камни?

Он не потрудился добавить уважительное «сэр», но Нэш, казалось, не обратил на это внимания. Вместо того чтобы одернуть Хейла, он предпочел ответить:

— Инструменты. Химерианские. Если мы обнаружим в челноке что-либо ценное, надо будет это демонтировать, и как можно быстрее.

Хейл устыдился собственного глупого вопроса. Но, прогнав эту мысль, он решил оценить ситуацию.

Челнок находился примерно в восьмистах футах выше по склону. Химеры, спускавшиеся сверху, уже подошли к нему чертовски близко; к тому же они занимали более выгодное положение. Послышался громкий треск — пуля крупного калибра ударила в ствол дерева, рядом с которым стоял Хейл, брызнув в него щепками и обсыпав снегом.

— Сержант Кавецки… сержант Альварес, — включив рацию, сказал Хейл. — Пусть «фараи» начинают работать. Или, может быть, вам нравится, когда в вас стреляют?

Это вызвало смешки, и лучшие стрелки отряда взялись за дело. Вскоре в ответ на шквальный огонь врага размеренно защелкали снайперские винтовки.

Хейл пробрался вперед, чтобы получше разглядеть склон горы, и Нэш последовал за ним. Оказавшись на опушке рощицы, Хейл увидел длинную цепочку валунов, обозначавшую подножие покрытого оползнями склона, — подходящее укрытие. Он поднес к глазам бинокль и прошелся вверх по склону, до того места, где лежали челнок и рассыпавшиеся обломки. Чуть выше на окровавленном снегу уже валялось с полдюжины убитых химер.