Свет фар выхватывал из темноты разоренные дома, сожженные машины и группки поставленных наспех крестов. В качестве импровизированных могил нередко использовались придорожные канавы — не надо было далеко ходить, и глубина подходящая.

Путешествие протекало достаточно спокойно. Уокеру не давали провалиться в сон тихое бормотание радио, непрерывное жужжание «печки» и равномерный грохот цепей. Вдруг, когда машина начала затяжной подъем по пологому склону, Дерганый выругался. Он был не из разговорчивых, и на каждое его слово следовало обращать внимание.

Уокер встрепенулся.

— В чем дело?

— Огни, — лаконично ответил Дерганый, непроизвольно мотнув головой влево. — Сзади.

Почувствовав, как сдавило грудь, Уокер посмотрел назад. Майра спала, вытянувшись на сиденье. Дерганый был прав. В заляпанное грязью стекло была видна пара желтых пятен — фары машины, находившейся в четверти мили.

— Кто бы это мог быть? — произнес Уокер.

— Не знаю, — угрюмо ответил Дерганый. — Но могу сказать, кто это не может быть… Это определенно не наши друзья. Так что разбудите жену и приготовьтесь высаживаться. Если это мародеры, плохо дело: отберут все, что есть, и бросят подыхать. Но если это химеры, лучше прямо сейчас вышибить себе мозги, чтобы не доставить такого удовольствия им.

Для Дерганого это был длинный монолог, и Уокер понял, что «гонец» говорит серьезно. Он начал будить Майру:

— Просыпайся, дорогая… И зашнуровывай ботинки. К нам пожаловали гости.

Быстро усевшись, Майра обернулась и успела увидеть свет фар ровно перед тем, как машина преследователей скрылась за гребнем холма. Она ничего не сказала, но Уокер почувствовал, что жена перепугана до смерти, и на то были все основания.

— Конечно, это может быть совпадением, — натянуто произнес Дерганый, — но что-то я сомневаюсь. И нет смысла куда-то сворачивать — они просто поедут по нашим следам. Кроме того, впереди нас наверняка ждет дорожный пост, так что я разворачиваюсь и еду назад. Хватайте вещи, выскакивайте из машины и бегите со всех ног… Если сумеете-таки уйти, шагайте на север. Извините, ребята, но это все, что я могу для вас сделать.

— А как же вы? — забеспокоилась Майра, подавая мужу рюкзак. Оба застегнули теплые зимние куртки и надели толстые перчатки. — Вы что будете делать?

— Выключу фары, развернусь и поеду прямо на них, — угрюмо ответил Дерганый. — Такого никто не будет ждать. Если повезет, проскочу слева или справа.

Уокер засомневался. А что, если это изощренная ловушка, придуманная Дерганым? Способ избавиться от клиентов, не довозя их до Чикаго? Быть может, это машина его приятеля, которому заплатили, чтобы он появился в нужный момент, а потом вернулся вместе с Дерганым в Индианаполис?

Конечно, такое было возможно, однако Уокер в это не верил. Зачем столько мороки, когда Угрюмый мог бы просто пристрелить своих пассажиров? Уокер взял рюкзак, расстегнул один из двух поясов с деньгами и положил его на сиденье. В поясах были золотые доллары. Единственные деньги, которые принимали «гонцы».

— Вот, Дерганый… Вторая половина.

Бросив взгляд на сиденье, Дерганый снова уставился вперед.

— Спасибо, мистер Полсон… И еще одно…

Уокер поднял брови.

— Если вонючки подойдут близко, застрелите миссис Полсон.

Уокер почувствовал, как холодная липкая рука стиснула внутренности. Ответить он не успел — резко затормозившая машина пошла юзом.

— Давайте! — воскликнул Дерганый, указывая рукой.