– Я уже в аду. – Ник вздохнул и откинул голову на спинку кресла. – Я ее отослал прочь.

– Почему?

– Потому что не хочу, чтобы она увидела, как я превращусь в свою мать.

Алек нахмурился, услышав безнадежность в голосе Ника.

– Твоя мать пристрастилась к опиуму. Как ты можешь стать похожим на нее?

– Она страдала от головных болей так же, как я. Опиум появился позже, чтобы утолить боль.

– Эта головная боль так ужасна?

– Боже, да – и становится все хуже. Сейчас я могу с ней бороться, но настанет день, когда уже буду не в силах. Алек, я не допущу, чтобы Сара увидела меня таким.

– Понятно. А что ты сделаешь со своим ребенком?

Сначала Ник подумал, что не расслышал. Но пристальный взгляд Алека убедил его в обратном.

– Боже, нет! – Он вскочил с кресла. – Не может быть! Я отослал ее прочь, как только понял... – Он рухнул на кресло и уронил голову на руки.

Алек выругался.

– Ты не знал!

Ник уставился невидящими глазами в пол, комната куда-то поплыла. Всю неделю он видел во сне Сару, тосковал по ней с неугасающим пылом. Он боялся, что это лишь вопрос времени. Его силы ослабеют, и он отправится за ней. Он молил Бога, чтобы она возненавидела его так сильно, чтобы смогла устоять перед ним.

– Сколько месяцев?

– Не знаю. Джулия только сказала... Может быть, она ошибается, Ник. Джулия иногда воображает разные вещи, и возможно...

– Нет. Она не могла так ошибиться, черт побери. – Ник прижал руки к глазам. – Но я не хочу, чтобы она видела меня, когда...

– Проклятие, Ник, разве ты не понимаешь, что такое брак? Вы дали клятвы. Вы обещали быть друг с другом вечно. Что бы ни произошло с тобой, что бы ни случилось с ней, вы вместе. Несправедливо с твоей стороны прогонять ее только потому, что ты боишься чего-то плохого.

– Ты не понимаешь...

– Черта с два я не понимаю. Все люди боятся умереть, Ник. Но ты не знаешь, когда и как. Тебя может завтра сбросить лошадь, и ты сломаешь шею. – Алек пожал плечами. – А Сара может упасть с лестницы и...

– Нет! – Ник вскочил с места, перед его глазами промелькнуло разбитое тело Сары. – Будь ты проклят, Алек. Убирайся отсюда к дьяволу!

Стиснув зубы от гнева, Алек встал. Он пошел к двери, потом остановился, держась за ручку.

– Подумай об этом, Ник. Ты можешь прожить жизнь, желая того, чего у тебя нет, или можешь принять те дары, которые у тебя уже есть. Решение за тобой.

Ник закрыл глаза, слушая удаляющиеся шаги Алека по коридору. Мысли его разбегались, он перебирала в уме тысячи возможностей.

Не исключено, что Сара права насчет его головной боли. Возможно, средство против нее существует или есть способ облегчить страдания. Он боялся надеяться, но ради Сары он должен хотя бы попытаться. Он обязан сделать это для нее и их еще не рожденного ребенка. Его ребенка.

Все страхи теснились у него в груди, сжимали сердце, душили его.

– О Боже, нет. – Эти слова сорвались с его застывших губ, как крик боли.

Ник посмотрел на бутылку бренди, которую сжимал в руке. С чувством отвращения он с силой отшвырнул ее от себя. Бутылка разбилась о стену и разлетелась на тысячу осколков.

Глава 22

Гостиная леди Лангтри в ее городском доме была на удивление уютной комнатой. Она выходила окнами на восток, и ей доставалось тепло утреннего солнца. Сидя в любимом кресле, Делфи время от времени поднимала глаза от вышивания и наблюдала, как Сара и Анна рассматривают какой-нибудь особенно вызывающий фасон платья в модном журнале.