Хьюлетту больше ничего не оставалось делать, и он это понимал. Он поклонился Саре, кипя от гнева.

– Леди Каррингтон, с нетерпением буду ждать случая побеседовать с вами в более удобное время. – Он бросил на Ника злобный взгляд, повернулся и чопорно зашагал через террасу к бальному залу.

Слегка улыбаясь, Ник повернулся к женщине, которую только что спас.

Она ответила ему взглядом, полным обжигающего презрения.

– В вас, сэр, здесь не нуждались.

– В самом деле? А я льщу себя мыслью, что оказался именно там, где был нужен. Хьюлетта нельзя назвать человеком чести.

– А вас можно?

Он не смог сдержаться. Легкая улыбка изогнула его губы.

– Нет. Хотя вы должны признать, что мое присутствие оказалось полезным.

– Я обошлась бы и без вашей помощи. – Она бросила взгляд в сторону кустов рядом с ним: оттуда внезапно донесся шорох.

Ник проследил за ее взглядом и увидел голубое перо, торчащее из-за листьев. Его охватило раздражение. Вместо того чтобы спасать притворщицу из злобных когтей Хьюлетта, он, кажется, спас Хьюлетта от брачной ловушки размером с Францию.

То, что Сара выглядела столь невинной, почему-то его возмутило. Он обхватил ее за талию и притянул к себе.

Она подняла к нему потрясенное лицо, ее нежные губы приоткрылись, глаза заблестели в неверном свете.

– Отпустите меня!

– Прикажите вашей тени с тициановскими волосами выйти из укрытия.

– Но я...

Он схватил ее сильнее, так что она едва не задохнулась. Ее тонкая фигурка прилипла к нему во всю длину, груди прижались к лацканам фрака, ноги едва касались земли.

– Я... я не могу говорить... вы держите меня... так крепко.

Он чуть-чуть ослабил хватку, давая ей перевести дух.

– Позовите ее.

– Нет.

Нахмурившись, Ник отпустил Сару, потом повернулся к кустам.

Не обращая внимания на ущерб, нанесенный его одежде и перчаткам, он сунул руки сквозь ветки. Испуганный писк был ответом на его действия, и он мрачно улыбнулся, когда его пальцы сомкнулись на женской руке. Не церемонясь, он протащил даму сквозь кусты и поставил перед собой.

– Отпустите меня! – протестовала мисс Тракстон, вырываясь изо всех сил.

– Чтобы вы помчались в бальный зал, крича во весь голос, что вашу подругу насилуют в саду?

– Оставьте ее, – сказала Сара.

– Видите ту скамью у выхода на террасу? – спросил Ник у упрямой мисс Тракстон.

Она молча кивнула, ее глаза, казалось, готовы выскочить из орбит.

– Нам с леди Каррингтон нужно несколько минут поговорить наедине, но у меня нет желания опозорить ее храброе имя. Поэтому, вместо того чтобы глупо помогать подруге губить себя, вы сыграете роль дуэньи.

Мисс Тракстон лишилась дара речи. Ник сдержал свое негодование. Вот почему он обходил стороной невинных и слабоумных. Он взял рыжеволосую под локоток и повел на террасу, до каменной скамьи, шагая так быстро, что ей приходилось почти бежать, чтобы поспевать за ним. Он усадил ее на холодную поверхность скамьи, юбки вспенились вокруг нее.

– Рад видеть, что мы пришли к соглашению. Оставайтесь здесь. Вы не должны покидать это место ни на минуту, иначе я позабочусь о том, чтобы вы очень об этом пожалели.

Не отрывая глаз от его лица, мисс Тракстон молча кивнула в знак согласия. Ник подавил вздох отчаяния и повернулся туда, где его ждала леди Каррингтон.

Она стояла на дорожке, скрестив руки, чтобы защититься от холода, вся – олицетворение юношеского негодования.

– В этом не было необходимости.

– Это нужно для сохранения вашего доброго имени.