Эдрик стиснул зубы, на щеках его заиграли желваки. И Кэтрин поняла, что он сейчас вспомнил тот же самый момент.

Опустившись рядом с ней на одно колено, он тихо проговорил:

– Я никогда не был… маленьким.

Руки Кэтрин задрожали, и она, решив срочно занять их каким-то делом, снова взялась за содержимое сундука. «Не обращай на него внимания», – говорила себе девушка. Но тут он приподнял ее косу и осторожно убрал с плеча. И тотчас же по телу ее разлилось жгучее желание. Она прикрыла глаза и сглотнула, понимая – нельзя поощрять их дальнейшее общение. Это было бы ужасной ошибкой. Искра, проскочившая между ними, спалила бы ее дотла. От нее не осталось бы и кучки пепла.

– Л-лорд… Брайс спрашивал о вас. – Другой отговорки, чтобы заставить его уйти, она придумать не смогла. К тому же Брайс действительно спрашивал про брата, когда они с Лорой заглянули к нему после похода в деревню.

Эдрик что-то пробурчал себе под нос, затем сказал:

– Мы еще не закончили, дорогая. Продолжим потом.

– Нет-нет, милорд. Мы… мы не можем. И я скоро уйду в монастырь.

– В монастырь – это ошибка. – Он впился в нее взглядом. – Ошибка, и ты сама это знаешь. Ты создана для другой жизни. Создана для меня.

«Господи, что же у тебя вместо мозгов? Солома?» – раздеваясь в своей спальне, вопрошал Эдрик.

Несколько минут спустя он стоял голышом перед кроватью и все никак не мог успокоиться. Представив Кейт, лежащую перед ним на перине, он помотал головой, прогоняя заманчивый образ. Что за бессмысленная прихоть его обуяла?

Надев чистую одежду, Эдрик вышел из комнаты. Приблизившись к комнате Брайса, он увидел стражника, стоявшего у двери. В комнате же находился отец Алгар. Священник стоял на коленях перед кроватью и бормотал молитвы на латыни, хотя Брайс, по всей видимости, спал. По крайней мере, глаза его были закрыты.

– Отец Алгар, пора дать отдых вашим коленям. – Эдрик знал, что слова его прозвучали грубовато. Но чем меньше он видит этого человечка, тем лучше для обоих. Кроме того, Алгар явно перестарался с благовониями – в комнате Брайса и здоровый человек задохнулся бы.

Священник поднялся на ноги и обжег Эдрика взглядом.

– Ты заплатишь за грехи свои, несчастный. Выгони нормандку и раскайся в нечестивом союзе!

Эдрик положил руку на плечо Алгара, затем подтолкнул его к двери.

– Мое раскаяние поможет заполнить наши кладовые, старина? Или, может быть, возродит наши поля и леса?

Не дожидаясь ответа священника, Эдрик закрыл за ним дверь. Потом подошел к окну и распахнул ставни, выпуская наружу дурманящий дым.

Брайс приоткрыл один глаз, потом воскликнул:

– Господь Вседержитель! А я уж думал, он никогда не уйдет!

– Я подозревал, что ты не спишь. – Эдрик сел рядом с братом. – Как самочувствие?

– Если бы Лора прекратила мазать неизвестно чем мою рану и позволила мне встать, было бы куда лучше.

– Я доверяю Лоре.

– А как насчет другой? А про Кейт…

Эдрик нахмурился.

– Но она ведь нормандка… Нельзя ей доверять.

– А мне она нравится, – заметил Брайс.

– Ну и что же? Главное – не доверяй ей.

– Перестань, братец. Ты же доверил ей своего сына. Эдрик встал и отошел к окну.

– Она для него лучшая мать, чем была бы Сесиль, уж поверь мне.

– Полагаю, здесь нечто большее…

– Ничего подобного! Кейт просто развлекается с малышом, который в ней нуждается.