— Что высмотрел? — деловито поинтересовалась Соня.

— Небольшое сельцо,— кратко ответил Вожак.— Дюжина расположенных кругом домов — обычная рыбацкая деревня. На площади между домами рыбаки разбирают улов и чинят сети. Правда, сейчас вместо сетей разложили костер. И того, кого собираются жарить, я тоже видел. Не похож он на преступника,— высказал свое мнение Север и, обернувшись, удивленно посмотрел на Гану.

Ему и прежде приходилось слышать, что зубы человека могут стучать не только от холода, но в жизни он столкнулся с этим впервые.

— Перестань лязгать зубами, милая,— с серьезным лицом попросил он.— Нас могут услышать.

Она судорожно шлепнула себя ладонью по побелевшим губам и уставилась на Севера округлившимися от страха глазами. Тот кивнул, давая понять, что она все сделала как надо, и обернулся с Соне.

— Без страха мы теряем осторожность,— заступаясь за подругу, заметила Соня.

— Верно,— кивнул Север.— Но во всем следует соблюдать меру.

— Как ты собираешься действовать? — спросила девушка.

— Ты, Гана и Вулоф останетесь здесь,— без раздумий ответил он.— Где Вилва? — обернулся он к волку.

— За селом…

— Отлично. Лети! — Он подбросил Вестницу.— Найди Вилву и приведи меня к ней.— Он повернулся к девушкам.— Сейчас я уеду. Как только вернется Вестница, выезжай на середину села, к людям,— обратился он к своей подруге.

— Это еще зачем? — подозрительно взглянула на него Соня.

— Обычная охотничья уловка. Будешь у нас приманкой,— пояснил Север.— Заодно проверим, как относятся в Иранистане к женщине в таком, как на тебе, наряде.

— Умен, ничего не скажешь! — хмыкнула Соня.— А сам-то ты что намерен делать?

— Пока они будут на тебя пялиться,— с готовностью поделился своим замыслом Вожак,— я подкрадусь сзади и умыкну у них жертву.

— Просто бездна коварства,— съехидничала его подруга, в то время как Гана только ошалело переводила взгляд с одного из них на другого, не понимая, как они не боятся.— Где это ты научился обманывать бедных рыбаков?

— Перестань,— остановил ее Север.— Не время сейчас. Если хочешь остаться в живых,— обернувшись к Гане, сказал он,— никуда не уходи с этого места. Веди меня,— велел он возвратившейся Вестнице, и та вновь взмыла в небо.

Скоро Север скрылся за краем скалы, а девушки остались в обществе Вулофа. Соня посмотрела на подругу, но та по-прежнему не могла говорить. «Хорошо еще, что она может сидеть»,— подумала бесстрашная воительница. Впрочем, Альрика ведь тоже отчаянно боялась всего, но в подземелье полезла. Соня ободряюще улыбнулась Гане, и та ответила ей благодарным взглядом.

Никем не замеченный, Север остановился на дальней окраине села.

За спиной у него остался левый берег Ильбарса, в этом месте вряд ли превышавшего тридцать локтей в ширину. Убедившись, что берег пустынен и нападение сзади ему не грозит, воин приблизился к небольшой роще фруктовых деревьев, которые, похоже, несколькими кольцами окружали все селение.

Он медленно продвигался между стволами, пока не подошел к внутреннему кругу деревьев и не отыскал место, с которого мог спокойно наблюдать за начавшимся на площади действом. Только после этого он отпустил Вестницу и сосредоточился на происходящем. Посередине площади, перед огромной поленницей, из которой торчал врытый в землю столб, стоял средних лет мужчина, несколько полноватый, с благородным лицом зингарского вельможи.