— Что верно, то верно, — озадаченно проговорила Норма. — Вы совершенно правы, господин Сондерсен. Почему он не позвонил к Киоси Сасаки?

— Потому что на сей раз его никто не проинформировал? — спросил Каплан.

— Или он был проинформирован, но имел вескую причину не звонить, — сказала Норма.

— Должны быть и другие объяснения, — повторил свою любимую фразу Сондерсен, потирая лоб. — Нет, я уверен, что есть другой предатель, и каждый его последующий шаг предсказать невозможно. После ареста Сасаки вся эта история вступила в критическую фазу. Впервые я просто-напросто… — он оборвал себя на полуслове и допил вино.

— Я тоже, — сказала Норма. — Я очень боюсь.

34

Самолет, в котором летели Норма и Каплан, приземлился в гамбургском аэропорту Фульсбюттель в четырнадцать пятьдесят.

По-прежнему было очень жарко и душно, и Норме показалось, что она в последний раз побывала здесь не три дня, а три года назад. Вместе с молодым израильтянином они прошли паспортный и таможенный контроль. В зале ожидания авиапассажиров встречали друзья, знакомые и родственники. Норма втайне надеялась, что увидит здесь Барски. Расстроенная, она шла рядом с Капланом, который нес свои и ее вещи.

— Норма! — услышала она тонкий детский голосок.

Она оглянулась. У выхода, несколько в тени, в белом платьице стояла Еля, улыбалась и махала ей рукой. Норма ощутила, как ее охватывает удивительно светлое и теплое чувство радости и благодарности. Девочка подбежала к ней, Норма нагнулась, обняла ее и прижала к себе.

— Вот, Норма, пожалуйста! — Еля протянула ей букет красных роз.

— Спасибо тебе, — сказала Норма. — Какие красивые!

Каплан остановился в некотором отдалении.

— Это от меня и от Яна, — уточнила Еля.

— Где же Ян?

Еля неопределенно махнула рукой в сторону стоянки машин:

— Где-то там.

— А почему не пришел сюда?

— Сказал, чтобы я одна вас встретила. Это, мол, будет для вас сюрпризом.

— Понимаю, — сказала Норма.

Ах, Ян! — подумала она.

— Если ты не против, пойдем сразу в «Альстерский павильон». Мне ужас как хочется мороженого. Шоколадного и клубничного! Ты ведь не против, а?

— Я — за! — сказала Норма.

— Помнишь, как я с тобой сидела там?

— А как же!

— У-у, как давно это было! Правда?

— Страшно давно, — сказала Норма.

Серебристо-серый «вольво» Барски остановился перед ними. Как только они вышли из здания аэровокзала, Барски улыбнулся Норме.

— Привет, — сказал он.

— Привет! — и бросилась ему на шею.

— Ладно, будет, будет, — успокаивал он ее.

— Я не знала, что и подумать…

— На твоем месте я подумал бы то же самое.

— Правда? — тихо проговорила Норма.

— Я же сказал тебе. Забудь об этом, — ответил он несколько жестко и, увидев подошедшего Каплана, обменялся с ним рукопожатием.

— Разве я не предсказывал вам?.. — сказал молодой израильтянин.