— Вижу, Вера приготовила что-то новенькое, — сказал он, глядя на ее чашку.

 — Он пьется лучше, чем вчерашнее вино.

 — Кстати, о вине. Представляю, как мучается твой кузен с похмелья, — весело произнес он.

 — Ничего подобного, — на ее лице появилось озадаченное выражение. — Вера сказала, что он встал и ушел. Возможно, ему неловко, что разыграл такой спектакль вчера вечером. Он оставил мне записку, что отправляется на работу. Может, он испугался увольнения, — добавила она с первым за все утро намеком на улыбку.

 Стив пожал плечами.

 — Мне казалось, он пробудет в постели целый день, но я не сожалею о его отсутствии. По крайней мере, не вся посуда в доме будет разбита.

 Стив оторвал покрасневшие глаза от конторской книги. Он провел два дня за изучением летних записей. Они получили хорошую прибыль. Поэтому зимой, когда грузовые перевозки в горные районы практически прекратятся, у них не будет проблем с деньгами.

 — Осей, груз семейного зерна, прибывший по железной дороге, еще не заложили на склад? Парень выглядел озабоченным.

 — Точно не знаю, мистер Лоринг, — отозвался он, — я могу сбегать туда и проверить. Этим обычно занимается мистер Куинт, но я не уверен, что из-за своей руки он закончил подсчет.

 Стив улыбнулся своему серьезному веснушчатому помощнику.

 — Не беспокойся. Осей. Мне все равно нужно проветриться. Я в любом случае собирался проверить, на месте Булли или нет, и спросить, не нужно ли ему чего. Интересно, что сказал доктор по поводу его руки.

 Час спустя обеспокоенный Стив вошел в приемную доктора Элснера, спрашивая себя, а хочет ли он знать то что, ему скажет доктор.

 Сломанная рука Булли Куинта заживала, и он наблюдал за разгрузкой вагона с зерном. Он и сообщил хозяину о своей встрече с Кэсс неделю назад.

 Стив испугался. Может, она больна? Или, если она беременна, у нее какие-нибудь проблемы с вынашиванием ребенка, которыми она стеснялась поделиться с ним?

 Доктор сразу снял тяжесть с его души. Да, Кэсс действительно беременна, но ей ничего не угрожало. Ел недомогание было временным и совершенно естественным Если добрый старик и удивился, почему Кэсс предпочла не говорить мужу о его предстоящем отцовстве, то он оставил свои мысли при себе.

 Выйдя от доктора, Стив решил все хорошенько обдумать. Почему она ему не сказала? Неужели думала, что это станет признанием ее женской слабости? Что он воспользуется ее состоянием, чтобы силой вырвать бизнес из ее рук?

 Только одна простая мысль не пришла ему в голову: она могла бояться, что он получит свою «жеребячью зарплату» и уйдет.

 Они никогда не обсуждали будущее ребенка, речь всегда шла только о необходимость иметь сына, и чтобы выполнить условия завещания. Он не раз задумывался о том, какой матерью она станет. Будет ли она любить своего сына или станет рассматривать его только как средство достижения цели, передав на попечение нянек и гувернанток? А если у них родится дочь и Кэсс потеряет фрахтовочный бизнес, будет ли она обижать девочку?

 Но время шло, тяжкие взаимоотношения первых недель сменились вынужденным сотрудничеством, потом страстным взаимным желанием и, наконец, чуть ли не любовью. Узнав жену получше, Стив уже не мог представить, что она будет нерадивой матерью.

 Почему же она не рассказала ему о своей беременности? Конечно, она боялась его как узурпатора ее власти, человека, который постепенно отнимал у нее тяжело доставшуюся империю. Он переманил на свою сторону ее людей, играл в политические игры здесь, в Денвере, поэтому вынужден был признать, что сам дал ей повод для худших подозрений.