Едва ли могло быть столько совпадений.

Теперь оставалось только ждать.

На этот раз он больше не чувствовал свою бесполезность, не ощущал бессмысленности ожидания. Сидя в своей «шестерке», он был совершенно спокоен и уверен. Между тем день становился невыносимо жарким: солнце заливало московские улицы так, словно хотело спалить их, а в машине, несмотря на открытые окна, было душно, как в газовой камере. Но Док не обращал на это внимания. Откинувшись в водительском кресле, под шум и гул Нового Арбата и приглушенно гудящий радиоприемник он пристально наблюдал за подъездом высотки.

Спустя три часа из подъезда вышел «телохранитель» и укатил куда‑то на своем пикапе. Док даже не рыпнулся – теперь он ждал только того, другого человека. Еще через час «телохранитель» вернулся и скрылся в подъезде. А когда по радио сообщили, что в Москве ровно четыре часа дня, у Дока, как по команде, запикал пейджер – пришло большое послание от Пастуха. Он сообщал, что дома никого не застал, что есть большое желание завтра собраться послушать духовую музыку, а сегодня он не может, потому что идет на вечер воспоминаний прозаика Губермана, и под конец поинтересовался, не приобрел ли он, Док, тот фиолетовый пикапчик, который ему так понравился сегодня утром. Док прочитал сообщение, убрал пейджер и усмехнулся. Смешное вышло послание. Но главное, теперь он точно знал, что все сделал правильно, а кроме того, знал дальнейшие планы и был спокоен за самого Пастуха.

Все было предельно ясно.

Во‑первых, Пастух опоздал к себе в Затопино и его семью взяли в заложники.

Во‑вторых, Пастуху удалось успешно уйти от ареста его людьми Управления и теперь он находится в недосягаемости для них. В‑третьих, Пастух тоже считает, что основной объект внимания сейчас – это тот самый «костюм» с Манежной, а значит, Док не ошибся. В‑четвертых, Сергей что‑то узнал сам и собирается выяснить подробности у Губермана (Док сразу же вспомнил этого человека – в свое время их команда спасла жизнь известному политику и очень крупному предпринимателю Аркадию Назарову, и, по всей видимости, руководитель его личной службы безопасности Ефим Губерман согласился теперь оказать Пастуху небольшую услугу).

Что ж, это очень кстати. Губерман – просто кладезь информации. Ну и, в‑пятых, капитан Пастухов собирает завтра свою команду, потому что ситуация стала слишком серьезной, и собирает он ее в джазовом клубе «Хорус», где все они бывали до этого не один раз.

Все это было очевидно. Доку оставалось только до завтрашнего утра играть роль наружки, чтобы выяснить как можно больше маршрутов передвижения своего клиента по городу. Хорошо было бы, если бы клиент его об этом побеспокоился и попередвигался активно, а не сидел до утра в своем офисе.

Впрочем, эта последняя невольная мысль оказалась лишней. Уже через двадцать минут, около половины пятого вечера, «костюм» вышел из подъезда в сопровождении «телохранителя» и водителя. Втроем они погрузились в «мерседес» и аккуратно вырулили со стоянки. Док завел двигатель и так же аккуратно вырулил следом за ними. Теперь у него была только одна задача – ни в коем случае ничем не выдавать своего присутствия и очень хорошо все запоминать.

7

– Я просто вынужден принять меры, Константин Дмитриевич. Ты же сам прекрасно знаешь, чем мы рискуем. Времени и так потеряно слишком много, а теперь по милости твоего Пастухова мы должны начинать все сначала.

– А я вовсе не уверен, что Пастухов имеет к нашим проблемам прямое отношение.

– Да‑да, я помню, что ты всегда полностью доверял ему, поэтому и решил с тобой поговорить. Через час будет совещание, и нам всем придется не только резко менять планы, но и решать, как ликвидировать последствия наших проблем. Надеюсь, что мы еще не все проорали… Но ты ведь не поспоришь с тем, что наша попытка зацепить Крымова с треском провалилась?

– Без треска.