Изменить размер шрифта - +
Интересно, что должно было произойти, если шеф оперативного отдела Управления по планированию специальных мероприятий – одной из самых серьезных спецслужб страны – позволяет себе так выглядеть? Это все больше беспокоило Злотникова – и, как выяснилось, не зря беспокоило.

Сухо поздоровавшись, полковник сразу перешел к делу, и вот тут‑то пришла очередь проявлять нервозность им с Боцманом, ибо они совершенно не ожидали услышать то, что услышали.

Сергей Пастухов должен быть найден и уничтожен.

Именно это имел в виду полковник, и в первое мгновение Злотников и Боцман просто не поверили своим ушам. Они скорее готовы были согласиться с тем, что этот блестящий профессионал, всю жизнь проработавший в спецслужбах и привыкший рассчитывать каждое свое слово, глупо и неуместно шутит, нежели поверить ему.

А как иначе толковать все это? Сейчас их было только двое, но это не имело значения, потому что в любом месте на этой земле, в любой ситуации они остаются одной командой и жизни их прочно и навсегда связаны невидимыми нитями. С тех пор как они собрались почти два года назад, – как будто семь звезд неожиданно сложились в созвездие – это ощущение ни разу не ослабло, Даже после гибели Тимохи, когда их осталось шестеро. И потом, когда Управление нашло их и стало привлекать для своих операций, сделав наемниками, «солдатами удачи». А Серега Пастухов не просто один из них – он командир, он тот, кому суждено было собрать команду и связать их судьбы. Они уверены в нем больше, чем в себе самих, иначе быть не может, потому что иначе команда не выживет, и полковник об этом прекрасно осведомлен.

Какой‑то чудовищный абсурд!

И об этом им говорит теперь тот самый полковник, который собственноручно и неоднократно нанимал всю их команду, во главе с Пастухом, на выполнение специальных мероприятий своего Управления! Или при соблюдении государственных интересов ни справедливость, ни порядочность не предусматривается?..

Сергей Пастухов должен быть найден и уничтожен.

Нет, полковник, конечно, не давал им такого задания (попробовал бы!) и даже не сказал именно так, он всего лишь объяснил, что руководство Управления считает Пастуха виновным в провале какой‑то серьезной операции и в том, что он утаивает прошедшую через него секретную информацию, которую срочно требуют кураторы Управления – черт знает какие высокие чиновники, чуть ли не сам президент.

Чиновники в гневе, и Управление решило «принять меры». Но что такое «принять меры» в этой игре – ясно даже ребенку! Так что и Злотников, и Боцман прекрасно поняли мысль полковника… Во время разговора они медленно шли по бульвару, а теперь остановились у щита с концертными и театральными афишами, и Голубков закурил сигарету.

– Скажите, полковник, вы в своем уме? – без тени иронии спросил Злотников.

– Вы хоть сами понимаете, что предлагаете нам?

– Не передергивай, Артист, я ничего вам не предлагал. Я только констатировал факты: ваш командир должен был встретиться во Флоренции с моим человеком, получить от него информацию, которая нужна Управлению немедленно, и передать ее мне… А теперь задумайтесь: человек, с которым встречался Пастух, был убит сразу после их встречи, и по местному телевидению показали фотографию Сергея как предполагаемого убийцы. Раз. Сотрудник Управления, который должен был встретить вашего командира и привезти его ко мне, был убит сразу после того, как встретил Сергея. Два. Информация, которую Пастухов должен был доставить и которая нужна Управлению немедленно, до сих пор у него, и никто не знает, где он сейчас. Три… – А почему вы думаете, что это его игра?

– Я не могу исключить этого, потому что он сам. Пастух, ничего мне не объяснил. Но самое главное, что Управлением зафиксирована его встреча с тем человеком, которого и должна была скомпрометировать информация из Флоренции.

Быстрый переход