Бенну грустно смотрела на нее:

— Неужели ты — моя мамочка? Столько ночей подряд я звала тебя! Я разговаривала с тобой, я рассказывала тебе все, все. Я всегда любила тебя.

От этих слов Маринка заплакала. Тоже самое она могла сказать своей маме. Она протянула руки своей дочери:

— Бенну, милая моя, Бенну! Прости меня, хотя разве это можно простить?

— Мамочка! — девушка бросилась ей на грудь. — Мы с тобой больше не расстанемся, я прощаю тебя, и ты меня прости за то, что я подозревала тебя в связи с моим господином. Но расскажи мне, что так волнует тебя? Почему ты так боишься этого контракта?

— Бенну, у меня есть муж, которого я люблю, у меня будет сын от него, у нас три дочери. А я должна буду служить твоему господину. Он все-таки отомстил мне за то, что я отвергла его. Теперь он хочет разрушить мою жизнь. Я должна буду отдать ему Настеньку или Машеньку, или себя. Таковы его условия, он ведь знает, что я не смогу отдать ему дочь, поэтому он получит меня. Он сделал верную ставку на материнскую любовь.

— Я знаю, но у тебя есть выход. Ты должна вписать свою дочь? Впиши меня!

Маринка удивленно смотрела на нее:

— Что ты говоришь? Нет, я не сделаю этого. Почему ты должна страдать?

— Страдать? Это мое самое большое желание, служить моему господину. Я мечтала об этом всегда. Если у меня будет этот контракт, то он не сможет выбросить меня как ненужную вещь. Я скажу тебе, что я очень люблю его. Я с радостью отдам за него жизнь. Если он бросит меня, я убью себя. Это ты понимаешь? Ты моя мама, так помоги мне. Я знаю его. Он не сделает мне ничего плохого. Мы с тобой не встречались, ты ничего не знаешь. Он просит одну из дочерей? Я — твоя дочь! Разве это не так? Мамочка, прошу тебя, впиши меня, сделай это для меня, я буду любить тебя всю жизнь. Мой бог Амон одобрил это улыбкой. Он сказал мне, что ты принесешь мне спасение. Я и так принадлежу мужу вся без остатка, ты ведь сама любишь, значит должна понять меня. Ты знаешь, как тяжело живут у него его другие жены? Ты хочешь такого? Ты будешь участвовать в отвратительных оргиях, ублажая всех его друзей. А эту нечисть ты видела? Я не могу жить без него. Только мой господин может любить меня так, как никто другой! Ты ведь была близка с ним?

— Да, была. Но я боялась его и не любила так, как ты.

— Мамочка, ты же знаешь, лучше чем он на свете нет мужчины. Жизнь коротка, я хочу прожить ее только с ним. Разве ты хочешь сделать мне плохо?

— Бенну, милая моя, я просто боюсь за тебя. Моя подруга почти уговорила вписать в этот контракт одну из моих дочерей, но, побывав у тебя, я приняла решение не рисковать вами.

— Ну, это же глупость! Ты можешь решать за Настеньку или Машеньку, но за меня уже нет! Ты обязана считаться со мной. Мне уже 21 год, я не маленькая. Я прошу у тебя о такой малости, а ты хочешь мне отказать?

Девушка обиженно отвернулась. Маринка еще раз попыталась уговорить ее:

— Бенну, если я это сделаю, он может убить тебя за это. Как ты думаешь, как я буду жить после этого? Пойми меня, я очень боюсь за тебя.

— Ты просто не знаешь его. Он не может навредить мне. Не знаю почему, но не может. Поверь мне, любящая женщина не ошибается. В общем, если ты впишешь свое имя в этот контракт, то я просто убью себя.