Вдоволь нанежившись, она вылезла из ванны, накинула на себя пушистый халат и прошла в спальню. На кровати ее ждала Бенну.

— Привет, ты такая красивая после ванны!

— Бенну, ты же моя копия, выходит, ты любуешься собой.

— Нет, ты не понимаешь. Только беременная женщина может быть такой красивой. Беременные женщины особые.

— Послушай, а почему бы тебе не взять совсем маленького ребенка. У тебя много денег, в любом из наших детских домов ты можешь выбрать себе сына или дочь. Знаешь сколько брошенных детей в детдомах? Все они такие несчастные! Поверь мне, ты будешь любить его как своего. Я испытала это. Я взяла девочку, ей скоро пять лет, я сейчас привязалась к ней, как к родной. Ты испытаешь счастье материнства. А своим родителям ты подаришь долгожданного наследника. Тебе будет легко это сделать, ведь твои родители редко бывают у тебя. Привяжи подушку, да и ходи. А к сроку купишь себе ребенка.

— Но мне придется много врать. И мой господин, он может не разрешить это сделать.

— Зато все будут счастливы! А господина ты уговоришь. Он ведь хорошо к тебе относится.

Маринка понимала, что учит дочь своей тактике, обман не принес ей счастья, но ей казалось, что в этой ситуации все будет по-другому.

— Маринка, скажи мне это твое?

В руках у девушки был ее контракт, свернутый в трубочку, Маринка сразу узнала его. Лицо ее тут же омрачилось.

— Откуда он у тебя? Ты была в домике, пока я спала?

— Я видела, как ты хотела спрятать его от меня, но я не люблю, когда от меня что-то скрывают, я была честна с тобой, ты должна рассказать мне правду.

— Я не хотела его прятать, я просто отложила его в сторонку, мне было не до него, я должна была поговорить с тобой. Скоро я подпишу его. Ты читала его?

— Конечно, это почерк моего господина. Значит, ты тоже будешь служить ему. Возможно, он построит тебе дворец. Ты не бесплодна, и у тебя зеленые глаза. Ты моя сестра, но я начинаю ненавидеть тебя, ведь ты пришла, чтобы украсть у меня любимого. Он спит не со мной, он спит с тобой, теперь я поняла это. Поэтому он заставляет надевать эти проклятые линзы. Но разве они могут передать красоту живого взгляда, такого как у тебя? Расскажи мне, что было между вами? Почему ты не с ним? У меня столько вопросов, а ты молчишь.

— Бенну, мне страшно рассказывать тебе всю правду, это может разрушить твою жизнь.

— Это не так, правда не может разрушить жизнь, разрушить может только ложь.

— Ладно, ты права, ты имеешь право знать все. Начнем с того, что я тебе не сестра, а мать.

С губ Бенну слетел крик изумления.

— Ты опять мне врешь? Ты не можешь быть моей мамой, ты такая молодая!

— Нет, это правда. Я родила тебя в пятнадцать лет. И ты была права, я до этого имела связь с твоим господином. Он предлагал мне стать его королевой. Но я не любила его, поэтому отвергла его предложение.

Мы потеряли тебя когда тебе исполнилось семь лет, ты исчезла, тебя долго искали. Твой дед умирал от горя. Самое страшное, что я не любила тебя. Я тебя нагуляла, для меня ты — это большой стыд. Когда-то давно и моя мама нагуляла меня. Она тоже не любила меня. Я тогда страдала все детство, пока мама не умерла. Потом меня забрал к себе мой дедушка, твой прадед, ты его знаешь. Тогда мне было одиннадцать лет. Я ненавидела свою маму, осуждала ее, а сама поступила с тобой еще хуже. Моя подруга Матрена взяла на себя мой грех. Она таскала на животе подушку, чтобы все подумали, что это она нагуляла тебя. На мое счастье, живота у меня почти не было. Когда ты родилась, я не могла спокойно смотреть на тебя, я не любила тебя, ты была для меня помехой. Матрена любила тебя как родную, она и дед дали тебе много любви. Они до сих пор горюют по тебе.